Сергей Абрамович Ауслендер. Видения жизни

Ему было правда приятно, немножко волновало, немножко туманило голову

Она была так красива, пленительна в какой то новой роли, совсем простой и нежной

Они пили горячей шоколад с тонкими бисквитами. Они болтали весело, дружески, немножко влюблённо, немножко двухсмысленно. Будто скользили по узкой тропинке, не говоря ненужных слов признаний, но взглядами, улыбками задавая вопросы и отвечая. Сидеть так друг против друга, иногда случайно коснуться руки, передавая чашку, ничего не обещать, ничего не спрашивать, ничего не решать. Пусть скрипки печально и страстно поют о несбыточной лёгкости; пусть сладко ноет сердце; пусть слегка кружится голова

Им казалось, что это всё необычайно, хотя может быть всё это довольно банально, это свиданье влюблённых в кафэ. А ведь они знали, что они влюблённые, будто кто то другой решил это за них и противиться было бесполезно

Какой то голубой туман окутывал всё, хотя уже и в кафэ, и на улице за окном вспыхнуло электричество

«Боже мой, уже четверть седьмого» вдруг будто проснулась Ручьева. Стала заботливой, торопливой, чужой
«Неужели уже пора уходить», разнеженно-недовольным тоном промолвил Сергей Павлович. Так не хотелось вставать, выходить на мороз, нарушать эту сладостную полудремоту
«Да, да, я не успею. Я опоздаю. Опоздать на вашу пьесу не можете заставить меня даже вы».
«Значит, пьеса важнее, чем я», с наполовину искренней обидчивостью сказал Сергей Павлович, вставая неохотно за ней
«Я не смогла бы вас разделить»

Они прошли эти несколько кварталов до театра очень быстро, почти молча

Уже прощаясь в пустых ещё, едва освещённых одним тусклым рожком, театральных сенях, Сергей Павлович спросил неожиданно:
«Почему вы не позволили мне придти сегодня к вам»

Какая-то тень пробежала по её лицу

«Когда-нибудь вы узнаете всё, так было необходимо и для меня и ещё больше для вас»

Он снял с её руки меховую рукавичку и несколько раз поцеловал руку; улыбнулся: «как учил Иван Семёнович — целовать каждый пальчик отдельно» — и шутя стал целовать

Она хотела что-то сказать, хлопнула дверь, кто-то вошёл в сени

«До свиданья, до свиданья» прокричала она, и бегом стала подниматься по лестнице, такая стремительная, стройная, в своей шубке, перетянутой пояском

Так они и не сказали прощальных слов, хотя завтра утром он уезжал в Петербург и больше они не увидятся

В номере Сергея Павловича ждали Анна и Владимир Петрович. Они были оба очень оживлены и веселы

«Однако, вы вместо часа, Серенький, прогуляли почти три. Разве хорошо заставлять нас голодать» ласкалась Анна.
«Я убеждал Анну Александровну, что вы пошли на свидание. У вас был такой вид, когда я встретил вас на Кузнецком» смеялся Владимир Петрович

Анна тоже смеялась так простодушно и весело, будто даже мысли у неё не могло быть о ревности

Сергею Павловичу была приятна эта весёлость

Он нагнулся и поцеловал руку Анны, почтительно и нежно. Вспомнил в эту минуту ту, другую, которая сейчас уж наверно одела чёрные шелка и тушью поднимала брови, чтобы придать своему лицу простой, прелестной, влюблённой, хорошенькой барышни, выражение зловещей красоты его героини

Часть первая
Глава VII

Сергей Павлович возвратился в Петербург, будто после долгого, блестящего, интересного, но всё же утомительного, путешествия

Всё радовало его и казалось особенно милым и чёткие линии прямых Петербургских улиц, и свои комнаты — такие уютные после гостинницы, и книги, и домашняя еда