Дмитрий Сергеевич Мережковский. Из «Данте» {сценарий и биография}

Вторая из этих двух исторически-освещённых точек — пребывание Данте, в том же, 1306-м, или в следующем году, в Болонье, где снова садится он, в сорок два года, на школьную скамью, в тамошнем Университете, неутомимо-жадно учится и начинает писать огромную схоластическую книгу «Пир», которой никогда не суждено ему было кончить [P. Fraticelli, Vita di Dante (1861), p.45 — N. Zingarelli, Vita di Dante (1914) p.46]

Следующие три-четыре года, от 1307-го до 1311-го — самые для нас тёмные в изгнании Данте [N. Zingarelli, Vita di Dante (1914) p.44]: как бы с лица земли исчезает он, проваливается сквозь землю. Еслибы за эти годы он умер, никто не узнал бы, где, когда и отчего

Кратко, смутно и в неверном историческом порядке, вспоминает пути Дантова изгнания Боккачио: Верона, Казентино, Луниджиана, Урбино, Болонья, Падуя, опять Верона и, наконец, Париж. — «Видя, что все пути в отечество закрыты для него, и что надежда на возвращение с каждым днём становится тщетнее, он покинул не только Тоскану, но и всю Италию, перевалил за Альпы и… кое-как добрался до Парижа, где весь предался наукам… стараясь нагнать упущенное за годы скитаний» [Boccaccio, Compendio XI; Genealogia XV; Comento, Lez I; Vita (Solerti, p. 27) — H. Hauvette, Dante (1919), p.161 — G.L. Passerini, Vita di Dante (1929) p. 201]. Был ли, действительно, Данте в Париже, слушал ли, в тамошнем Университете, в «Сенном переулке» [Par. X 137], сидя с прочими школярами на куче соломы, великого схоластика, Сигьера Брабантского, — мы не знаем. Но если это мало вероятно, то ещё невероятнее пребывание Данте в Англии, о котором упоминает Боккачио, в латинском послании к Петрарке:

…Фебовой силой влекомый,
Он до Парижа дошёл; был и у Бриттов далёких

[O. Hecker, Boccaccio-Funde (1902), р. 19; 22 — A. Farinelli Dante e la Francia (1908) I 95]

Первый жизнеописатель Данте, его современник, Джиованни Виллани, вспоминает о его скитаниях ещё короче и сбивчивее: «изгнанный из Флоренции… отправился он в Болонский университет, а оттуда в Париж и во многие другие страны мира» [G. Villani, Cron. X 136]

Так скитается по миру призрак Данте, вечного изгнанника, словно тень Агасфера или Каина

Лучше всего вспоминает об этих скитаниях он сам: «после того, как угодно было гражданам славнейшей и прекраснейшей дочери Рима, Флоренции, изгнать меня оттуда, где я родился и был вскормлен до середины дней моих, и куда… всею душою хотел бы вернуться, чтобы найти покой усталому сердцу и кончить назначенный срок жизни, — после того, скитался я почти по всей Италии, бездомный и нищий, показывая против воли те раны судьбы, в которых люди часто обвиняют самих раненых. Был я воистину ладьёй без кормила и паруса, носимой по всем морям и пристаням иссушающею бурею бедности. И многие из тех, кто, может быть, судя по молве, считали меня иным, — презирали не только меня самого, но и всё, что я уже сделал и мог бы ещё сделать» [Conv. I 3]

<…>

В 1308-м году избран был в императоры Священной Римской Империи, под именем Генриха VII, маленький Германский владетельный граф, Генрих Люксенбургский. В следующем году, послы его, прибыв в Авиньон, ко двору папы Климента V, возвестили ему, что государь их желает принять корону Кесаря из рук Его Святейшества, в Риме. Папа согласился на это и объявил нового императора, в торжественной энциклике Exultat in gloria [G.L. Passerini, Vita di Dante (1929) p.245] избранником Божиим, посланным для того, чтобы установить мир всего мира [G.L. Passerini, Vita di Dante (1929) p.223]