Дальнейшие этюды введут в обстановку событий, среди которых возникли великие памятники, и в характеристику движений, которых они были свидетелями. Настоящей — пытается набросать общий исторический образ, который нарисуют воображению следы старины, сохраняющиеся во Флоренции наших дней, — дать почувствовать духовную атмосферу, которой веет от её воспоминаний*
[* Здесь будут проходить перед глазами читателя различный подробности: пусть он не думает, что автор хочет связать его действия своими вкусами; ему дорого только дать «конкретный» образец хорошего первого дня во Флоренции]
____________
2. Как только выйдете на «piazza del duomo», вы окажетесь у одного из замечательнейших центров знаменитого города. Надо провести на площади некоторое время, чтобы теперь же несколько привыкнуть к ней: в следующие дни наверно явится охота здесь много раз останавливаться, чтобы рассматривать детали, выходя из дома, направляясь домой. Так мало-по-малу врежется в память во всём его богатстве этот естественно образовавшийся на улице с течением веков силой творческой деятельности флорентинцев интересный и важный для изучения историко-художественный музей. Сев за столик в caffè antico bottegone тут же, на открытом воздухе, можно уже любоваться профилем огромного собора, занявшего почти всю площадь. Когда же обойдёшь его кругом, обнаружится весь его внушительный корпус, несколько грузный, но не лишённый величия в спокойном, округлом расчленении своих частей. Невольно приковывает взор и почти потрясает громада колоссального купола, считающегося чудом архитектурного гения Брунелески, глаз несколько отдохнёт, когда встретит при обходе богато разукрашенный скульптурой и орнаментом изящный боковой портал
Прямо перед собором на площади стоит старинный «баптистерий» во имя Иоанна Предтечи, одного из древнейших патронов города; в нём до сих пор крестят по обычаю предков рождающихся новых флорентийских граждан. Он кажется маленьким только сравнительно с массой соборного храма св. Марии «с цветком». Надо теперь подойти к нему, вежливо, но настойчиво отклоняя предложения проводников (guida autorizata), которые здесь непременно окружат иностранца (il forrestiere), рассчитывая на поживу. Если серьёзный путешественник сам тщательно подготовляется к работе, составляя с вечера проект следующего дня, услуги гидов для него излишни. Следует помнить, кроме того, что они часто невежественны, что во всяком случае, забрав в свою власть ваши движения, они поработят и вашу душу, а своим ремесленным формализмом убьют красу того, что будут показывать и с напускным пафосом разъяснять. Только редко попадаются между ними настоящие любители древности — самоучки, чутьём понимающие цену её произведений. Досужие путешественники доставят им пропитание; вы же берегите свою свободу: в предпринимаемом деле она дороже всего! План действий готов: вы изучили по книгам памятники, которые намерены смотреть; в руках у вас хороший путеводитель для справок; в кармане — записная книжка, куда приятно будет заносить мысли и впечатления; через плечо висит сильный бинокль. Если же ещё рядом шествует друг, одушевлённый товарищ идейного странствия, нам не зачем желать доброго пути: благополучие за нами обеспечено*
[* На следующих страницах не будет даваться полного, детального изображения памятников, мимо которых придётся идти: пусть смотрят глаза самого путника; в книге Гзелль Фельса всегда найдётся их подробное прекрасное описание, необходимое для руководства и для проверки собственного наблюдения. Цель автора теперь — только направить внимание на несколько пунктов и осветить их исторически во время разведочной прогулки]