Зерно музея Уффиций составилось ещё при Козимо старшем в XV веке, когда все коллекции находились в родовом дворце Медичей на via Larga (он носить имя palazzo Riccardi); но в эпоху бурных перипетий истории города на грани между XV и XVI вв. многие собранные им и его преемниками великолепные экземпляры и группы произведений искусства всякого рода погибли или попали в чужие руки; данный же музей, собственно, создан был в главной части своего содержания и в том месте, где находится теперь, соименным «отцу отечества» герцогом ХVI века из его рода, Козимо I младшим, а преемники последнего и сменивший их лотарингский дом постоянно обогащали коллекции
В настоящей связи незачем рассказывать истории музея Уффиций и исчислять его богатства*. Надобно только бросить взгляд на некоторые находящиеся в нём перлы. По своему характеру Galleria degli Uffizi походит именно на обширное и разнообразное общественное собрание художественных произведений, предназначенное для изучения истории искусства и особенностей известного рода школ живописи в широких размерах на многочисленных типичных экземплярах различного достоинства. Галлерея Питти обратно носит на себе скорее печать частной коллекции богача-ценителя, который собирает повсюду то, что ему лично нравится, приобретает только первоклассные вещи и располагает их в своих парадных покоях по прихоти собственного вкуса. Поэтому последняя смотрится легче и может доставить сразу простому любителю более непосредственного удовольствия: но только в Уффициях и ещё в Академии можно действительно познать природу и понять развитие флорентийского, даже отчасти вообще итальянского искусства
[* См. статью G. Perrot, Florence, le caractère de la ville, les musées, в «Revue des deux Mondes» 1878, t.27. У него указана литература о музеях]
При первом посещении не следует задаваться намерением обежать все залы, чтобы предварительно обозреть план громадного хранилища: так рискуешь не сохранить в душе никакого следа от полученных впечатлений. Необходимо сосредоточиться около нескольких пунктов, чтобы укрепить начало изучения капитальной страницы из великой книги истории человеческого духа. Когда знакомишься с содержанием музея Уффиций заранее по каталогам*, невольно замечаешь, что в распределении его картин мало разумного порядка. «Музеоведение» — дисциплина новая, и успехи её пока отразились главным образом на организации соответственных собраний в Германии и в Австрии. В остальных странах научно расположен материал лишь в так-называемых «исторических музеях». В художественных до сих пор в большинстве случаев царит хаос. Это приходится сказать даже о Лувре; тем более страдает таким недостатком Италия (со включением Ватикана). В частности во Флоренции вполне хорошо устроен один археологический музей. Из картинных галлерей принцип исторической систематизации проведён сколько-нибудь последовательно только в Академии. В Уффициях же приходится самому не только ставить цели индивидуальной работе, но и создавать топографическую карту расположения тех памятников, которые явятся средствами для их осуществления. В конце-концов, оно, может быть, и приятно, но времени для этого требуется немало
[* Существует специальный, оффициально изданный каталог на главных европейских языках, который продаётся при входе. — См., кроме того, известный, научный, обстоятельный путеводитель Burckhardt-Bode, Der Cicerone, 4 томика (теперь существует 8-е издание). — Начинающим полезно обращаться к удобному сокращённому, прекрасно составленному руководящему описанию — Der moderne Cicerone. Florenz von P. Schubring (Leipzig, 1902)]
В первой части громадного корридора, обнимающего с трёх сторон весь музей, куда мы входим, поднявшись в верхний этаж и пройдя вестибул, наполненный древними статуями, помещается на стене, противоположной окнам, длинная серия чрезвычайно любопытных картин. В них совершенно необходимо разобраться самым тщательным образом, если желаешь познакомиться по настоящему с сущностью и эволюцией флорентийской ранней живописи. Здесь найдутся продукты подражательной иконописи далёкого средневековья, когда и в Италии господствовали традиции Византии, ряд сумрачно-торжественных мадонн на золотом фоне, в красных и синих одеждах, с большими глазами, равнодушно взирающими на старообразного младенца, или неуклюже и сурово написанных распятий. А потом потянутся во множестве типичнейшие образцы картин из школы Джотто и из старых сиенцев, очень ценных, как сравнительный материал, для уразумения начала искусства во Флоренции. Наконец, в том же корридоре богато представлен XV век как второстепенными мастерами, так и лучшими художниками. Но всё это именно жестоко перепутано: в беспорядке висят друг около друга памятники различных эпох, произведения несхожих живописцев. Углубиться в этот превосходный материал будет делом следующих посещений