Как нарочно в тот-же день (26 апреля 1527 г.) герцог Бурбон подошёл к Флоренции и встретил в её окрестностях герцога Урбино. Волнение в городе усилилось. Но ожидаемая битва не состоялась. С необыкновенною поспешностью испанцы и ландскнехты бросились на Рим. Там к несчастию и не ожидали нападения. Город был взят штурмом в один день и предал грабежу. Папа спасся в замке св. Ангела и засел там в надежде на подмогу. Испуганные жители были брошены без защиты на произвол солдат, которые, лишившись главного командира (убитого при штурме) неистовствовали, сколько хотели. Никогда ещё после гуннов и готов, Рим не подвергался такой казни. Нападение было до того неожиданно, что многие верили, будто земля расступилась и выбросила из себя легион нечистых духов. Испанцы и немцы нещадили никого и ничего Целые шесть месяцев в городе происходили адские сцены, и папа с высоты своего замка смотрел на погибающую столицу, не будучи в силах помочь её бедствиям
Известие о взятии Рима пришло во Флоренцию 12 мая. Через пять дней после того Медичи выехали из города. Во главе народа стал популярный человек Николо Коппони. Собранный им большой совет избрал его гонфалоньером на год. В числе избирателей Каппони мы встречаем М.-Анжело, который в это время жил во Флоренции безвыездно. Последнее путешествие в Рим, кажется, сделало на него неприятное впечатление. Он встретил в Ватикане бесчисленных врагов и недоброжелателей. Когда ему было поручено окончить ризницу и построить библиотеку С. Лоренцо, папский казначей выразил желание вступить с ним в сделку и поделиться барышами. Благородный художник с негодованием отверг это предложение и вооружил против себя всю придворную партию. Кроме того у папы был любимый скульптор Бандинелли, большой интригант. Он ненавидел М.-Анджело так, как способны ненавидеть гениальных людей посредственные натуры, и выхлопотал себе у Климента VII позволение сделать в pendant к Давиду — статую Геркулеса! Вся Флоренция пришла в негодование, когда узнала, кому поручена эта работа. Как нарочно, мрамор, привезённый для Геркулеса, подрядчики уронили в Арно. Отсюда городские остряки вывели заключение, что камень бросился в воду с огорчения, не желая попасть в руки Бандинелли
Не трудно понять причины разрыва между М.-Анджело и папою. Но как ни чувствовал великий художник нанесённые ему в Риме обиды, он продолжал работать в ризнице почти до самой революции. Он, вероятно, продолжал-бы своё дело и после этого события, но не мог сноситься с своими поручителями и не имел денег. Ему ничего не осталось, как снова приняться за памятник Юлия. Кроме того изгнание Медичи повлекло за собою бегство Бандинелли. Республика, желая загладить поступок Клемента, торжественно поручила Геркулеса М.-Анджело. Он даже сделал для этой статуи модель, изображающую Геркулеса и Какуса, которая хранится теперь в Лондоне*. Впрочем, ни М.-Анджело, ни флорентинское правительство не желали войны с папою. Каппони даже вёл с ним долго переговоры. Но к концу 1523 года дела приняли решительный оборот. Климент VII окончательно сблизился с императором; Флоренция, следуя старым преданиям, осталась верная своему союзнику — королю французскому. Теперь умеренность Каппони показалась народу преступною. Его начали подозревать в измене. Напрасно ссылался он на свой изведанный патриотизм. Ничто не помогло ему. Люди были настроены недоверчиво. Каппони должен был уступить место более энергическому и менее уклончивому преемнику. Однажды, после того, как ему запретили переписываться с Медичи, открылось, что он не повиновался этому запрещению. Большой совет решил отнять у него власть. Демократ и отчаянный враг Медичи Кардуччи был избран гонфелоньером. Других достоинств он не имел, a по способностям стоял далеко ниже своего предместника. Выбором такого человека флорентинцы хотели показать папе, что они готовы бороться с ним на жизнь и смерть за свою свободу
[* Grimm, II, 102, 3]