Об этом добровольном избрании ада даже издатель почёл долгом заметить: «Глупые речи сердца обманутого и отчаявающегося»
Есть, как мы сказали уже, другие песни, в которых проводится иной, менее строгий взгляд на любовь
«Еслибы на свете был только один ключ, все бы померли от жажды; но есть столько воды дождевой, что проливается по целой земле, и есть столько воды для нас и столько юношей красивее тебя, и столько есть воды для меня и столько юношей красивее тебя»
«Ты меня бросил, бросила и я тебя. Тут нечего переделывать. Ты держи своё сердце, a я моё. Каждый будет любить кого кому захочется, каждый будет любить на свою руку. Я и не взгляну на тебя ни разу; каждый будет любить на свою руку, a я и не взгляну на тебя даже из любопытства»
«Умер мой милый, и не жалею о нём. Папа умер, явился другой. Так и я сделаю с моим любовником»
Впрочем, тосканская народная поэзия к такой любви относится иронически, как, например, это грациозное риспетто:
«Юноша, юноша, на площадь, на площадь. Дорогу безбородому. Он влюблён во всю околицу. Дорогу неверному. Он влюбляется во всех, кого ни видит»
Такая же переменчивая, легкомысленная девушка называется la brava, la bizzarrina, лихая, чудесница:
Si vede bene all’occhi quanto è vaga,
Ogni tre di muta li amatori.
E fa come lo fiume di Toscana,
Raccoglie tutta l’acqua dei valloni.
E fa come lo fiume di Firenze;
Quando l’ha tanti amanti, e quando è senza
Хорошо видать по глазам, как переменчива, каждые три дня меняет любовников, и делает, как река тосканская, собирает всю воду с холмов. И делает как река флорентинская, когда много любовников, когда никого)
«Еслибы ты ходил, сколько ходит солнце или вертится колесо мельницы, то считал бы своих дам сотнями. Рассудку y тебя, как y улитки. Погляди-ка на неё, уважается ли она? Ты меня мало любишь, я тебя ещё меньше прежнего»
Ознакомимся теперь с песнями шутливыми и комическими, которых вообще очень мало в сборнике Тигри
«Я скажу тебе, как делают девушки, когда с кем пляшут неохотно; ходят по зале прихрамывая, делают вид, что y них болят ноги. Но когда пляшут, с кем они хотят, не имеют крыльев, но летают. Когда же пляшут с своими возлюбленными, то похожи на змей ядовитых, и когда с ними пляшут, то болеть перестают их ноги»
«О, как делает крестьянская девушка, когда, видит, проходит её милый. Идёт к дверям и зовёт курицу, пока милый совсем пройдёт, прочь, прочь, курица, я тебя не кликала»
«Я жила семь лет с лискою, и она научила меня всем своим обычаям, научила прыжкам, проходит сухою по рекам, и научила меня хватать куриц, хватать крупных и оставлять мелких. Научила меня хватать курочек, брать жирных и оставлять сухопарых»
Sono stata sett’anni con la golpe. Golpe вм. volpe. B древнем французском употреблялось не слово renard, a ’goulpil, goulpille (лат. vulpecula), goupillon
«Милый, ты прислал мне сказать, чтоб я умерла, и я для твоего удовольствия умереть готова. Иди себе домой, вырой могилу, и звони; пойди, сыщи кого-нибудь, кто бы похоронил меня; сыщи по мне плакальщиц; если же могилу уже имеешь, тогда отправляйся в неё»
Здесь есть намёк на старинный обычай причитаний, поныне сохранившийся в некоторых местностях Италии. «E trova chi mi venga a far lamento». Причитаньями обыкновенно занимались и занимаются женщины. У римлян плакальщицы назывались praeficae, y итальянцев — ripetitrici