Особенно замечательным основателем монастырей в местности, прилегавшей к Флоренции, был известный Ромуальд. После бурной юности, проведённой в ничем несдерживавшихся грубых наслаждениях, в нём проснулся пылкий аскет, который весь отдал себя борьбе «со злыми духами». Он приобрёл могучее влияние проповедника и учителя на потрясённые бедствиями мира умы и расстроенные мистическими волнениями сердца. Им учреждена была ещё в 1012 г. пустынь «Sacro Eremo di Camaldoli». Он выбрал глухой приют в высоте, под гребнем хребта, отделяющего истоки Арно от истоков Тибра, с вершины которого видны и Адриатическое, и Тирренское море. Здесь построены были пять скромных келий под сенью исполинских хвойных дерев. Из них выросла знаменитая обитель и образовалась могущественная конгрегация (орден камальдулов), получившая со временем во всём краю большое значение авторитетного центра религиозной мысли и жизни; но и сразу монастырь Camaldoli стал привлекать к себе монахов и играл крупную роль в духовных судьбах страны. В долгую жизнь свою, тянувшуюся по преданию свыше 100 лет, Ромуальд основал множество монастырей; пример его вызвал рвение в маркизе Гуго и его матери Вилле, которые ему деятельно вторили
Почти одновременно действовал во Флоренции твёрдый борец против симонии — Теуцо, который умел жить отшельником даже среди городской суеты. Он вдохновил своим словом даровитого юношу Джованни Гуальберто, впоследствии ставшего сильным религиозным вождём флорентинцев. Страстный поборник церковной реформы для освобождения духа от мира, он обладал умом и характером, делавшими его способным стать повелителем душ. Ему пришлось вести жестокую войну с врагами его идей, и жизнь его не раз подвергалась опасности. С его именем связывается возвышение (если не основание) другого, также прославившегося монастыря (ок. 1035 г.). В нескольких часах от Флоренции, в тенистой долине хребта Pratomagno, в тиши великолепного елового леса, среди возвышающего душу чудного пейзажа, у источника Acquabella спасались два «эремита». К ним укрылся Иоанн Гуальберто от преследованья, и под его руководством здесь устроилась община братьев ценобитов Валломброзы, занявшая равным образом важное место в истории Флоренции*. Так мистический идеализм в религиозной сфере развивался во Флоренции по путям, подсказываемым духом времени, параллельно с укреплением в жителях её склонности к производительному труду и подготовкою общественной независимости. Изучая пока последний процесс, мы можем только упомянуть о некоторых чертах первого. Но и они могут бросить свет на взволнованную атмосферу, в которой приходилось жить городу
[* Местность и монастырь воспеты многими поэтами, начиная от Ариосто (Orlando furioso, XXII, 36)]
4.
Под грозною для внешнего мира и благожелательною для жителей города властью маркизов тосканских в X и XI веках зрела будущая новая Флоренция. Правда, это обстоятельство было причиною сравнительно позднего освобождения города от феодальной зависимости: не только ломбардские общины, но и некоторые тосканские, как Лукка, Сиена, раньше его приобрели коммунальные права. Зато население могло окрепнуть и выработать силы, нужные для надёжной защиты и прочного сохранения благ, которых пришлось довольно долго ждать. Отсюда привязанность граждан Флоренции к памяти их прежних господ — редкое наследье в средневековых городах от эпохи их сениориального подданства
Время наибольшего могущества тосканского феодального княжества совпадало с господством в нём так называемого дома Каноссы*. Уже первый маркиз из этой фамилии — Бонифаций — властвовал почти над всею среднею Италиею от течения По с Пармой, Пьяченцой, Феррарой и Моденой до пределов папской области. Если он и преемник его Гофред иногда круто обращались с городами, уже явно добивавшимися самостоятельности, то по отношение к Флоренции, соблюдавшей свои обязательства, политика их сохранилась прежняя: они правили городом либо сами, часто избирая его своею резиденциею, либо через наместников, назначавшихся, как кажется, обычно из местных жителей**. Это нравилось населению, именитые группы которого получали и другие привилегии и тем поддерживались в верности
[* Он получил это имя по названию главного фамильного замка её первого представителя, — замка, впоследствии прославленного знаменитым в истории папства, триумфальным для Григория VII свиданием с императором Генрихом IV (1077 г.). Расположен Каносский замок в северной Италии, недалеко к югу от Реджо. Развалины его сохраняются до сих пор]
[** Из среды таких княжеских «министериалов» произошли некоторые наиболее древние знатные роды Флоренции, например, фамилия Донати]