Чтобы не навлечь на себя подозрений, Мартин и Адольф наломали из гати и из ближайших кустов веток и развели костёр; все с наслаждением растянулись вокруг него; до того велика была усталость, что, кроме Адольфа, никто даже не прикоснулся к еде. Мартин и Марк неотступно наблюдали за всё уменьшавшимися всадниками и за местом, где прятался неаполитанец
Прошло с добрый час; епископские люди скрылись совершенно, время было выручать Луиджи. Ослик был снова осёдлан, Адольфа и Яна, успевших крепко заснуть, растолкали и маленький караван отправился обратно
— Э-э-й!!. — окликнул Мартин.
В ответ послышалась возня в кустах, они стали шататься, раздвигаться и у самых корней их зачернело страшное эфиопское лицо.
— Бросьте верёвку!.. — задыхаясь, сказал голос Луиджи. — Утопаю…. трясина!..
Марк поспешил к ослику, вытащил из мешка верёвку и кинул конец неаполитанцу. Тот с трудом высвободил руку и ухватился за него. Адольф перенял у Марка другой конец, взял верёвку себе на плечо, нагнулся и, словно бык, попёр почти засосанного трясиной товарища, вырывая телом его с корнями кусты; глянцевитая торфяная грязь облепляла его от волос на голове до пяток и только лоб белел, будто перевязанный тряпкою
Раздался всеобщий смех. Даже ничем не возмутимый Адольф разинул огромную пасть и грохотал подземным грохотом.
— Дьяволы!.. — с сердцем произнёс обессилевший Луиджи.
Ещё пущий смех встретил это слово.
— Черти!!. — уже с улыбкой добавил он, несколько отдышавшись
Ему сообщили, что преследователи вернулись обратно; окончательно воспрянувший духом Луиджи поднялся на ноги, отыскал неподалёку большую лужу, разделся догола и принялся черпать воду шляпой и мыться, потом выполоскал платье и накинул на себя плащ Марка
Вновь спасённому дали отдохнуть, ослика оседлали, накинули поверх сум для просушки одежду Луиджи и караван тронулся в сторону ещё далёкой Лукки. И только что он вытянулся по тропе, его нагнала низко летевшая большая чёрная птица.
— Воронок!.. — закричал Луиджи и поднял обе руки над головой.
Птица с радостным карканьем опустилась ему на плечо
Глава XXIX
Ещё два дня благополучного странствования и тропа привела путников к маленькому, взобравшемуся на холм городку, защитившемуся невысокими кирпичными стенами и частыми башнями: это была Лукка; на просторном выгоне около неё раскинулась шумная и пёстрая ярмарка; далеко разносилось ржание лошадей, крики ослов и гомон людей; среди площади, образовавшейся между карруцами, на высоком шесте чернела широкополая шляпа с длинным орлиным пером — знак того, что торг состоит под покровительством какого-то синьора; иногда вместо неё вешалась боевая рукавица
Продиранье ночью в дремучем лесу прошло для путников небезнаказанно и к ним сейчас же стали привязываться, предлагая свои услуги, странствующие портные и владельцы передвижных лавочек готового платья
— Синьоры?.. — кричали хозяева и приказчики, заманивая прохожих к себе и даже хватая их за руки. — Штаны, колеты, куртки, береты — всякого цвета!
— Не штаны, а радуга!.. — зазывали другие, раскидывая товар на руках, а то и прямо на земле.
— К нам пожалуйте — зашьём, починим, латки положим, в полчаса — творим чудеса — делаем из старого новое!
— А ведь и впрямь нам надо починиться?.. — сказал Луиджи. — Мы совсем в оборванцев превратились!
Предложение было разумное и путники отдались во власть двум приглянувшимся подмастерьям; те отвели их в палатку, около которой, сидя прямо на земле, проворно работали иглами несколько человек. Действительно, в какие-нибудь полчаса всё было готово и даже разутюжено