Владимир Дмитриевич Яковлев. Пиза

Палаццо, нанятый поэтом, слишком обширен для одинокого жильца, и потому он занимал только первый этаж. Пребывание в Пизе можно считать эпохой последних минут любви и последних вдохновений Байрона. Даже многие обстоятельства заставляют полагать, что любовь и поэзия занимали здесь голову и сердце поэта несравненно менее, чем судьбы любимой им Италии. Жизнь, какую он вёл в этом тихом городе, была однообразна, однакож нелишена деятельности. В прохладе вечеров он освежался прогулкой верхом, и обыкновенно забавлялся стрельбой из пистолета в цель, которою служила монета полфранческона. Спустя полчаса по закате солнца, лорд обедал, почти как анахорет; потом посещал графа Гамбу*, беседовал с сыновьями его о политике, а с дочерью о любви… Графиня Гвиччиоли жила тогда у отца в Пизе. Ночь возвращала поэта книгам и вдохновению. В Италии он работал обыкновенно в пору живительной ночной прохлады. С полуночи до раннего рассвета, он, как сам выражался, «чеканил монету в своей поэтической лаборатории»**. Известно, что его рукописные поэмы были надёжнейшими векселями, которые в Лондоне уплачивались по предявлении. Основываясь на том, что автор «Чайльд-Гарольда» однажды назвал можжевёловую водку настоящей иппокреной***, британские казуисты оклеветали поэта в том, будто-бы он пробуждал свой гений парами алкоголя… Под небом Италии музы не ждут вакховых призывов. Вечерняя прогулка по холмам Тосканы, — ночь, пахнущая лавром и кипарисом, — улыбка графини Гвиччиоли, — всего этого достаточно для возбуждения творческой силы поэта
[* здесь имеется в виду граф Руджеро Гамба, отец Терезы Гвиччиоли (Гуиччоли)]
[** это фраза встречается в русском переводе путевых записок французского писателя Жана Жозефа Франсуа Пужула (Jean Joseph François Poujoulat; 1808-1880) «Тоскана и Рим в 1838 и 1839 годах: письма из Италии» (СПб., 1842. T.I. С.71); из какого именно произведения Байрона или воспоминаний о поэте она происходит, установить не удалось]
[*** Иппокрена — источник на греческой горе Геликон, обладавший свойством пробуждать поэтический дар; эпизод упоминается в очерке о Байроне английского поэта Томаса Мидвина (Thomas Medwin, 1788-1869) «Journal of the conversations of Lord Byron: noted during a residence with his Lordship at Pisa in the years 1821 and 1822» (London, 1824. P.272)]

Когда Байрон приехал в Пизу, творческие силы его были ещё далеки от упадка. Только душа поэта всё более и более омрачалась. Печальные обстоятельства увеличивали расположение поэта к меланхолии. Не мало потревожила поэта ссора его друзей с сержантом Мази*, который был ранен по-видимому одним из слуг Байрона. Это неразъяснённое дело сильно вооружило против лорда всех жителей Пизы. Друзья его принуждены были рассеяться. Самому поэту дан был месяц срока для выезда из города. Наконец Байрона глубоко огорчило известие о плачевной кончине Шелли**: буря опрокинула его лодку, во время морской прогулки, и молодой поэт вместе с товарищем, Смитом***, погиб в любимой своей стихии. Байрон чувствовал симпатию к этому меланхолику. После пятнадцатидневных поисков, найдены были тела погибших, выкинутые волнами на берег, в расстоянии четырёх миль одно от другого. Состояние трупов было таково, что не могли и подумать о возможности перевезти их на кладбище, и поэт решился предать их огню на-месте, недалеко от маленького порта Вьяреджио. Вообразите картину: пустынный берег, костёр, сложенный из засохших деревьев и обломков разбившихся кораблей, клубы дыма, подымающиеся к безоблачному небу, голубое, укротившееся море, величественные кряжи Апеннин и, наконец, мрачного поэта, который глядит на крутящееся пламя, превращающее его друга в пепел. Эта сцена напоминала героическую эпоху. Пепел Шелли погребён в Риме, на кладбище протестантов, возле древней пирамиды Каия Цестия. Несколько недель спустя, Байрон был уже в Генуе и, всегда готовый жертвовать своим состоянием и даже жизнию за торжество всякой благородной идеи, собирался принять деятельное участие в деле возрождения Греции. Он повторял: «Надо служить обществу не одними поэмами»…****
[* в 1822 году, после ссоры с окружением Байрона, егерь Стефано Мази был тяжело ранен кинжалом, предположительно слугой самого Байрона или Терезы Гуиччоли; несмотря на то, что последовавший за этим процесс не установил виновного, и Байрон, и семья Гамба были вынуждены покинуть Пизу; поэт временно обосновался в городке Montenero близ Ливорно]
[** в 1820 году Шелли вместе с женой и сыном поселился в Пизе; 8 июля 1822 года он утонул в Средиземном море, и только спустя десять дней, 18 июля, его тело было обнаружено и опознано по находившимся в карманах одежды томикам стихов Эсхила и Китса]
[*** в действительности, при кораблекрушении погибли два моряка, сопровождавшие Шелли в морской прогулке. Английского поэта Горация Смита на шхуне с ними не было]
[**** имеется в виду Греческая война за независимость от Османской империи (1821-1832); современники поэта не раз отмечали готовность Байрона принять непосредственное участие в деле возрождения Греции и его энтузиазм в оказании помощи восставшим, однако точного источника этой цитаты найти не удалось]