В 1854 году Леопольд II, ещё пытавшийся спасти свой трон, увольняет Боччеллу в отставку. Но время Великого герцогства сочтено. В 1859 году Леопольд вынужден навсегда покинуть Тоскану, присоединившуюся в следующем году к Итальянскому королевству, временной столицей которого, до взятия в 1870 году папского Рима, станет Флоренция. Для Боччеллы всё это означает и лишение пенсии. В том же 1859 году он возвращается в Лукку и живёт отныне в уединении в небольшой, уцелевшей до наших дней, загородной вилле. Произведения его в печати больше не появляются
Летом 1980 г., работая в Государственном архиве ЧССР в Праге, мы обнаружили девять писем Боччеллы к Леопольду II, относящихся к периоду 1857-1867 годов*. Бывший великий герцог Тосканский, найдя приют в Австрийской империи, поселился в Чехии, или Богемии, как её в то время называли. Так его архив оказался в Чехословакии. Для умонастроений Боччеллы последних лет его жизни показателен такой пассаж из письма, датированного 20 декабря 1867 года: «В том, что это вовсе не конец света и мир должен возродиться на бессмертных принципах католицизма, я не сомневаюсь, но мы, люди старого поколения, этого не увидим, и не знаю, как сможет увидеть это поколение, рождающееся в презрении, больше того — в ненависти к сверхъестественному, в материализме наслаждения любой ценой, сменившим святость религиозного чувства, в потоке богохульства, наводняющего ежедневную печать, и в разлагающей деятельности обществ, являющихся уже не тайными, а открыто языческими. Да сжалится над нами Господь Бог!» <…>
[* Státní ústřední archiv v Praze. Rodinný archiv Toskánských Habsburgků. Deníky a korespondence Leopolda II. 1814-1870. Boccella Cesare]
Так завершилась эволюция политических и общественных взглядов Чезаре Боччеллы, слывшего в молодости либералом. Неудивительно, что в новой, объединённой Италии с её антиклерикальными настроениями он был забыт уже при жизни. И лишь сто лет спустя стало возможным объективно оценить различные стороны его деятельности, в том числе литературной, переводческой
В луккском архиве, перебирая бумаги Боччеллы, я наткнулся на листок с написанным его рукой текстом: «Чезаре Боччелла / Последний в семье / Родился 25 марта 1810 / Умер… / Я хочу, чтобы эту надпись высекли на камне, который закроет мою могилу…»
По обе стороны от ворот городского кладбища Лукки стоят две капеллы. Сразу при входе в левую из них в пол вделана небольшая квадратная плита белого мрамора. В начале составленной самим Боччеллой эпитафии добавлено: «Маркиз», в конце: «12 октября 1877»
Хранящиеся в филиале Государственного архива в Лукке бумаги Боччеллы разделены на две части*
[* Имеется опись: Inventario delle Carte del Marchese Cesare Boccella (Lucca, 24 marzo 1810-12 ottobre 1877). Redatto dall’ Archivista di Stato dott. Arnaldo d’Addario. 1951. (Указанная здесь дата рождения, встречающаяся также в некоторых печатных изданиях, очевидно, ошибочна)]
В первой собраны документы официального характера: разрешения на чтение «запрещённых» книг, свадебный контракт с Виргинией Пледё баронессой Майнау, составленный в Вене 13 мая 1830 года, назначение камергером Луккского двора 19 октября того же года, купчие, акт о смерти… Никаких сведений о поездке в Россию среди бумаг нет
В другой папке сложены рукописи, связанные с литературной работой Боччеллы. Как я уже писал, некоторые подстрочные переводы поэм Пушкина датированы 1841 годом, другие — без даты. (В конце «Кавказского пленника» приписка — крик души переводчика: «Аминь и слава Богу!») Все подстрочники — на французском языке. На полях аккуратные, воспроизведённые затем в печатном издании, пометки с пояснениями имён собственных — например, генерала Н.Н. Раевского, сыну которого посвящена поэма «Кавказский пленник», географических названий; таких слов, как «аул», «уздень», «шашка», «сакля», «кумыс», пояснявшихся и Пушкиным для русских читателей его времени