Граф Модест Корф в своём «Дневнике» даёт следующую характеристику своего друга и однокурсника Корсакова: «Николай Александрович Корсаков был одним из самых даровитых, блестящих молодых людей нашего выпуска. Прекрасный музыкант, приятный и острый собеседник, напитанный учением, которое давалось ему очень легко, с даром слова и пера, он угас в самых молодых летах, находясь при Тосканской миссии. Прах его погребён во Флоренции. Это одна из самых чувствиных (sic! чувствительных) потерь, которую понёс наш выпуск, и имя Корсакова, если бы Провидение продлило его жизнь, было бы верно одним из лучших наших перлов»*
[*Из «Дневника» барона (впоследствии графа) М.А. Корфа. 1839 г. (гл. 2). «Рус. Стар.» 1904 г., т.118, июнь, стр.552]
Наконец в 1825 году, 19 октября, в день Лицейской годовщины, Пушкин не забыл умершего поэта — Корсакова в своей чудной элегии: «Роняет лес багряный свой убор». Он пишет:
«Я пью один, и на брегах Невы
Меня друзья сегодня именуют…
Но многие ль и там из вас пируют?
Ещё кого не досчитались вы?
Кто изменил пленительной привычке?
Кого от вас увлёк холодный свет?
Чей глас умолк на братской перекличке?
Кто не пришёл? кого меж вами нет?»
Пушкин отвечает, намекая на Корсакова:
«Он не пришёл, кудрявый наш певец,
С огнём в очах, с гитарой сладкогласной:
Под миртами Италии прекрасной
Он тихо спит, и дружеский резец
Не начертал над русскою могилой
Слов несколько на языке родном,
Чтоб некогда нашёл привет унылой
Сын севера, бродя в краю чужом»*
[*Строфа этой элегии, относящаяся к Корсакову, в первоначальном виде имела варианты; приведённая выше строфа исправлена Пушкиным. В начале читалась так: 1 стих: «он не придёт кудрявый наш певец; 4 стих: слово «дружеский» было зачёркнуто и сверху вписано: «Наших русских муз» резец, но и это зачёркнуто и оставлено «дружеский»; 5 стих: «не начертал над раннею могилой». Наконец в 8 стих: «Сын севера на берегу чужом»… Автограф принадлежит Императорскому Александровскому Лицею, куда был подарен Михаилом Лукьяновичем Яковлевым (им. y Я.К. Грота: «Пушкин, его лицейские товарищи и наставники» Спб. 1899 г. стр. 142-154)]
Не забыл Пушкин своих шести умерших товарищей в «Лицейской годовщине» 1831 г. Эти товарищи были: Ржевский (1817), Корсаков (1820), Костенский (1831), Дельвиг (1831), Есаков (1831) и Саврасов (1831). Между прочим Пушкин вспоминает о них:
«Шесть мест упразднённых стоят;
Шести друзей не узрим боле;
Они, разбросанные, спят
Кто здесь, кто там, на ратном поле;
Кто дома, кто в земле чужой;
Кого недуг, кого печали
Свели во мрак земли сырой —
И всех мы братски поминали»…
(19 октября 1831 г.
А. Пушкин)
<…>
{1811-1911. Товарищи Пушкина по Императорскому Царскосельскому Лицею. Материалы для словаря лицеистов первого курса 1811-1817. Собрал и издал Николай Гастфрейнд. Том I. Спб., 1912}