Гораздо большее значение Корсаков имел как певец, виртуоз на гитаре и композитор. И Пушкин вспомнил о нём не как о поэте, но как о певце и виртуозе. В бытность же Пушкина в Лицее, он обратился к своему товарищу Корсакову со следующими стихами, в пьесе под заглавием: «Пирующие студенты», изображающей яркую, игривую, но не бывалую, воображаемую пирушку лицеистов:
«Приближься, милый наш певец,
Любимый Аполлоном,
Воспой властителя сердец
Гитары тихим звоном:
Как сладостно в стесненну грудь
Томленье звуков льётся!
Но мне ли страстью воздохнуть?
Нет, пьяный лишь смеётся»*
[* 2-ое академ. изд. Соч. А.С. Пушкина, т. I, стр. 48]
За этими стихами в лицейской рукописи этого стихотворения и в сборнике «Дух лицейских трубадуров» следует строфа, выкинутая в рукописи Московск. Публичн. Музея, в которой мы читаем:
«Не лучше ль, Роде записной,
В честь Вакховой станицы
Теперь скрипеть тебе струной
Расстроенной скрипицы?
Запойте хором, господа,
Нет нужды, что нескладно!
Охрипли!… Это не беда!
Для пьяных всё ведь ладно»*
[* Там же, стр. 59 (а не 57, как указано в примечаниях на стр. 67). См. также Соч. A.С. Пушкина, ред. П.А. Ефремова, т.I, стр. 48, т.VIII, стр. 14-15]
Покойный академик Л.Н. Майков в своих комментариях на лицейские стихи Пушкина замечает, что «автор сравнивает Корсакова с знаменитым скрипачем того времени, имевшим в 1803-1811 годах чрезвычайный успех в России, Петром Роде (родился в 1774 г., ум. в 1830 г. в Бордо)». Нам кажется, что это не совсем так. Не отрицая, что Корсаков мог играть на скрипке, нам думается; что всё-таки первенствующим музыкальным инструментом y Корсакова была гитара, чрез которую он и прославился среди своих товарищей и о чём ясно упоминает Пушкин в 8 строфе «Пирующих студентов» в столь пылких и восторженных выражениях. В вставной же строфе о скрипаче Роде говорится о скрипке и то в пренебрежительном тоне. Если сравнить обе строфы, то выйдет противоречие. Если о гитаре Корсакова Пушкин говорит: «как сладостно в стесненну грудь томленье звуков льётся»… и «воспой властителя сердец гитары тихим звоном», то ясно, что Пушкин не мог смешать такой гитары с скрипкою Роде, которая к тому же y подражателя Роде была не совсем в порядке: «не лучше ль… теперь скрипеть тебе струной расстроенной скрипицы». Во всяком случае скрип «струны расстроенной скрипицы» не льёт в сердца «томленье звуков» и не есть «гитары тихий звон». Поэтому нам думается, что здесь подразумевается другой товарищ Пушкина, плохо игравший на скрипке, хотя бы, например, Яковлев, который был также композитор и, вероятно, играл на скрипке. Мне кажется, можно быть хорошим певцом и композитором, как Яковлев, но плохо играть на скрипке. Нам также не вполне понятна фраза Л.Н. Майкова о Корсакове: «но главное, чем он отличался, это были его музыкальные способности: он прекрасно играл на скрипке и был отчасти композитор»