Таков был порядок, выработавшийся как во Флоренции, так и в других итальянских республиках XIV и ХV вв., относительно приобретения нового вида движимости, — домашних рабов. Заключительным его актом была, как мы сказали, обязательная санкция со стороны правительства республики, санкция, ясно указывающая на то, что торговля рабами была признана государством, считалась вполне законною. Но одним фактом признания этой торговли не ограничивались ни Флоренция, ни другие республики. В видах ограждения как интересов и прав собственников рабов, так и их личности против покушений со стороны их собственности, ими было создано и целое специальное законодательство, обнимавшее собою область и гражданских отношений, и уголовного права. В одних случаях, как то было во Флоренции, издавался целый кодекс, последовательно с течением времени подвергавшийся изменениям, в других, как в Венеции, были принимаемы специальные меры для ограждения чаще всего встречавшихся в данное время нарушений того или иного права собственника, и сообразно с этим издавались отдельные законы. Но в тех и в других случаях законодатель имел в виду главным и исключительным образом интересы одного собственника и не отступал ни пред чем, ни пред какими даже самыми жестокими наказаниями, лишь бы оградить право собственности, не допустить его ущерба. Вот почему, напр., рабы сделались даже предметом международных договоров <…>
Законодательная деятельность в этом отношении как Флоренции, так и итальянских республик вообще представляет собою одну из интереснейших страниц в истории права; она указывает нам на то громадное значение, какое приобрело рабство в Италии XIV и ХV вв. <…>
К рассмотрению этого то законодательства мы и обратимся теперь
Первый известный нам флорентинский закон о рабах, санкционировавший торговлю ими, был издан в половине XIV в., 1 марта 1363 года. На основании этого закона всем гражданам Флоренции предоставлялась полная свобода покупать и продавать рабов, лишь бы только эти последние не были католиками. Но ни этот закон, ни самый факт торговли рабами, не был чем либо новым в Италии. Законодательство о рабах задолго до того уже выработалось в тех местностях, где существовали главные рынки. Оттуда брала Флоренция рабов, там же нашла она и образчики законов, регулировавших рабовладение
<…>
В виду тех сложных и разнообразных отношений, которые создавались появлением во Флоренции института рабства, недостаточность закона 1 марта 1363 года, заключавшего в себе лишь простую санкцию факта, сделалась очевидною. И вот три года спустя, 13 июня 1366 года, издаётся уже новый закон о рабах. В основе лежит тот-же принцип, как и в предъидущем законе. Но правительство республики старается прочнее обставить его. Оно объявляет, что действие издаваемого им нового закона распространяется на всех «рабов, неверных с рождения, всё равно хотя бы они явились в город и территорию республики уже христианами». И это делается в тех видах, чтобы никто из собственников рабов не переставал крестить рабов и обращать их в христианство и не опасался потерять из за этого прав на них. «Presumatur semper, гласит закон о рабе, ab origine fuisse infidelis, si sit de partibus de genere infidelium»
Закон этот представляет собою уже настоящий кодекс, внушённый примерами Венеции и др. городов. Всё то, что предусматривал венецианский законодатель в отдельных частных случаях, здесь сведено в одно целое, выработано в полную и стройную систему. Законодатель предусматривает все случаи правонарушений и издаёт соответственные меры. Кто побудит раба к бегству, гласит закон, или окажет ему в том содействие, подвергается 200 флор. штрафа, из которого половина — собственнику, половина — в казну. Тому же наказанию подвергалось и лицо, похитившее раба или просто укрывшее его у себя. Для того, чтобы предупредить рецидивы, законодатель прибегает к отчаянной мере. Считается достаточным, если собственник, у которого украли раба, поклянётся, что похититель есть такое то лицо. Суд обязан был осудить его, хотя бы и заочно. С большим вниманием останавливается законодатель и на мерах для ограждения целости собственности. Флорентинская республика не только следовала в данном случае по стопам Венеции и Лукки, но и превзошла их. Венецианцы довольствовались присуждением с виновного стоимости рабыни. Лукка законом 1372 года установила штраф в 100 лир с виновного и возлагала на него обязанность взять себе испорченную рабу, уплатившего двойную её стоимость собственнику. Флорентинцы обязали виновного уплатить собственнику в случае беременности рабыни одну треть её цены (и всю стоимость лишь в случае её смерти), но за то присоединили в виде наказания виновному меру, к которой не прибегали ни в Венеции, ни в других городах. Сын, родившийся от рабыни и виновного свободного гражданина, следовал званию отца, но не матери. То была узда, которою законодатель думал сдержать безнравственные покушения своих сограждан <…>