Но как бы то ни было, несомненным остаётся факт полной зависимости раба от собственника, который вправе был распорядиться им «tamque de re sua propria», как гласят современные акты
Отсюда те хлопоты, которыми поглощён был покупщик при заключении окончательного договора, хлопоты о том, как бы купленная движимость не сбежала, как бы не пришлось отвечать за неё почему либо в суде и т.д. Отсюда же и те обязательства, которые должен был дать продавец покупщику, обязательства, совершенно аналогичные тем, которые давались при покупке земли, скота и т.п. Продавец обязывался не только довольствоваться условленною платою за раба и ни под каким видом не требовать впредь каких либо добавочных доплат, но и защищать и покупателя, и его наследников на суде, от грабителей, уводчиков рабов и т.п. (legiptime defendere, autorizare, desbrigare, guarentare et expedire a qualibet persona, collegio et communitate), и всё это на свой счёт и страх. Нередко, для большей безопасности покупщика, вносилось продавцем обязательство защищать рабыню от всякого рода конфискации, преследования, казни и т.п. Этого мало. Однажды оказалось бы, что продавец в чём нибудь не исполнил принятых на себя обязательств, он беспрекословно должен был уплатить новому собственнику штраф, равный двойной сумме против цены проданного раба. Это была неустойка с его стороны, и он гарантировал её всем своим имуществом, как наличным, так и тем, которое он приобретёт в будущем. Иногда продавец обязывался возвратить в течение 8 дней всю сумму, полученную им за раба, и только при неисполнении этого условия должен был уплатить покупщику вдвое. Так сильно боялся флорентинец за целость своей покупки, так высоко ценил он её
Обязанности продавца теперь оканчивались, и в договор вносили перечень обязанностей покупщика. Главнейшею и, можно сказать, единственною обязанностью его была уплата в казну пошлин, налагаемых на ввозимых рабов <…> В Лукке налог с рабов (по 1 флорину с головы) был введён в 1394 году. Что касается Флоренции, то и здесь был установлен подобный же порядок, хотя не найдено доселе указания на специальный закон, который регулировал бы дело обложения. Существование налога подтверждают нотариальные акты, в которых нередко упоминается о пошлине с рабов. Но, повидимому, система взимания пошлины при продаже было иною во Флоренции <…> обложению подвергался лишь покупщик*
[* Вот образчик одной сделки: 7 мая 1376 г. «chomperai una schiava fl. XXXV…., la quale aviea nome tiratea overa doratea tartara da da Rossia giovane di XVIII anni o piu fu il sensale cieci disse la charta fl. XXV per la gabella, costomi tra la carta e senseria e gabella fl. 1, chostomi vestirla che lebbi quasi ingnuda da fior. III, monta in tutto f. XL doro». Zanelli, прилож. no 1]
В некоторых случаях на покупателя возлагаемы были и обязанности иного рода. Так, напр., он обязывался одеть на свой счёт купленного им раба или рабыню. Если, как то имело место для флорентинцев, покупка раба совершалась в чужом городе, покупщик должен быль увезти его не позже месяца после покупки не только из города, но и из пределов городской территории. В противном случай, ему грозила опасность лишиться приобретённого товара: в Генуе продавец имел в таком случае право взять обратно раба и считать его полною своею собственностью
Только тогда, когда все указанные условия были выполнены и все необходимые заявления и обязательства с обеих сторон были окончательно установлены, договор сделки считался вполне состоявшимся. Но это ещё не значило, что все без исключения права на раба переходили к новому лицу, покупщику. Ему необходимо было выполнить ещё две формальности, чтобы окончательно утвердить за собою права собственности. Он должен был окрестить приобретённого раба или рабу, если они не были до того окрещены, а затем явиться, не позже двух месяцев после акта купли, в гражданскую палату республики (camera degli atti del Comune) и представить и самый договор о купле, и акт крещения нотариусам (notai custodi della camera). Внесение сделки в государственные нотариальные книги было последним актом в длинной серии стадий покупки, после чего новый собственник вступал уже в полное и неограниченное проявление прав своих на раба, т.е. не только мог свободно пользоваться рабом для своих личных услуг, но и отдавать его в наём «per certos annos», закладывать его, передавать по завещанию и т.д. Понятно, что в случае продажи имущества собственника с публичного торга или наложения запрещения на это его имущество, рабы включались, как и всякая другая движимость, в опись и продавались для покрытия долга