Пусть в этом стремлении цех встречал противодействие*, пусть даже бывали моменты, когда в этой борьбе цеха Калимала с монастырём св. Миниата — последний достигал случайных, преходящих успехов**, — суть дела от этого не меняется. Повторяю, вопрос решён уже с тех пор, как opera стала самостоятельным в имущественном отношении институтом. Этим были расчищены условия для борьбы двух сил, создана была почва, на которой факт в дальнейшем мог творить право. И если пизанскому подеста Gerardo Cortevecchio было достаточно указать на факт троекратного назначения им операриев собора для того, чтобы тем обосновать своё дальнейшее право на это, то в таких же условиях находились и консулы цеха Калимала по отношению к opera Sancti Miniatis
[* В обоих статутах цеха Калимала содержится много постановлений, обязывающих консулов противодействовать «omnibus modis» всяким попыткам, клонящимся к умалению или стеснению прав цеха по отношению к вверенным его попечению opera. При малейшей опасности они должны были прибегать к помощи городских властей и capitudini прочих цехов Флоренции. Интересы цеха при папском дворе должен был защищать особый прокуратор: procurent consules faciant ita quod… habeatur et stet continue unus procurator pro ipsis operibus et pro dictis consulibus et arte in curia romana sollicite intendes in audientia contra dicere cuilibet volenti contra dictas operas… litteras vel aliquod contrarium impetrare» (первый статут, rubr. XIII, кн. I). Позднее (см. второй статут, rubr. XXIV, кн. III) переговоры с папским двором по поводу opera, находившихся в заведывании цеха Калимала, поручались, вместо настоящих прокураторов, представителям тех больших компаний этого цеха, которые находились в постоянных сношениях с римской курией (…I Bardi, Peruzzi, Acciaioli, Bonaccorsi, Biliotti e tutti gli altri che hanno affare nella corte di Roma…). См. также в первом статуте рубрики XVI и XIX первой книги и во втором статуте рубрики XVI, XVII, XXIV и особенно XXVIII третьей книги]
[** См. Filippi, стр. 62, прим. 199 и 200]
Решающий момент не в этих дальнейших фактических завоеваниях, а в создании благоприятной почвы для них — в завершении эволюции opera, в превращении её в самостоятельный правовой субъект
Я не буду останавливаться на самой деятельности цехов по управлению, отделке и украшению вверенных их попечению церквей. Цеховые документы флорентийского Archivio di Stato и архив opera флорентийского собора содержат много данных, вводящих в самую практику управления, в конкретную обстановку деятельности цехов в этой области. Мы знаем, что деятельность светского элемента не ограничивается одним только материальным хозяйством церквей. Цехи регулируют богослужение, приглашают проповедников, оказывают влияние на замещение духовных должностей в вверенных им церквах. Словом, захватив в свои руки материальную сторону, они силою вещей должны были столкнуться и с областью духовной жизни и нередко вторгались в эту область. Все эти явления ждут ещё специального изучения. Такое изучение должно пролить много света на некоторые стороны взаимоотношений церкви и горожан, этого очередного вопроса литературы по истории итальянского города. К сожалению, материал для такого изучения ещё находится в архиве и до сих пор не напечатан. Меня здесь интересовала поэтому другая задача: не изучение деятельности горожан в области заведывания церквами, не изучение далее самого процесса перехода церквей в их руки, а лишь маленький вопрос о тех формах, в которых этот переход совершался