Перед нишами стоят саркофаги. На их покатых крышках возлежат фигуры «Суток»: на саркофаге Джулиано — «Ночь» и «День», на саркофаге Лоренцо — «Утро» и «Вечер». Здесь в усыпальнице эти аллегорические фигуры, видимо, должны были символизировать всепоглощающее время, быстротечность жизни. Но образы, созданные Микеланджело, далеко вышли за рамки только такого толкования. Фигуры «Суток» — величайшие шедевры мирового искусства — преисполнены скорби и тревоги. Беспокойно всматриваясь вдаль, бодрствует «День», в тоскливом покое застыл «Вечер», в страданиях пробуждается «Утро», тяжёлым сном забылась «Ночь»
Трагические образы гробницы — реквием Флорентийской республике, реквием её свободе. Современники высоко оценили творения «божественного» Микеланджело. Один из них, Джованни Строцци, посвятил «Ночи» следующие строки:
Ночь, что так сладко пред тобою спит,
То — ангелом одушевлённый камень:
Он недвижим, но в нём есть жизни пламень,
Лишь разбуди — и он заговорит
Микеланджело от имени «Ночи» ответил сонетом, в котором выразил своё отношение к окружающей его действительности
Отрадно спать, отрадней камнем быть,
О, в этот век, преступный и постыдный.
Не жить, не чувствовать — удел завидный.
Прошу, молчи, не смей меня будить
Некоторые скульптуры капеллы Медичи остались незаконченными, некоторые из задуманных вообще не были сделаны. В Эрмитаже хранится прекрасная неоконченная вещь «Скорчившийся мальчик» — одна из тех небольших фигур, которые, дополняя убранство, должны были находиться наверху, во втором ярусе над нишами
В 1534 году Микеланджело навсегда покинул Флоренцию. Дальнейшая деятельность гениального мастера протекала в Риме, где он умер в своей мастерской в 1564 году восьмидесяти девяти лет от роду. Папа хотел похоронить Микеланджело в собор св. Петра. Но племянник великого скульптора тайком вывез его тело из Рима под видом тюка товаров и переправил во Флоренцию, где оно было торжественно погребено в церкви Санта Кроче. Дорогу туда вам укажет любой встречный, следует только внятно произнести Santa Croce. Да это и понятно, так как Санта Кроче — пантеон великих людей Флоренции. Здесь покоятся останки Микеланджело, Макиавелли, Галилея, Керубини, Альфьери, Уго Фосколо, Россини и других. Среди гробниц, стоящих вдоль стен боковых нефов (некоторые из них очень хороши, например, гробница Альфьери работы Антонио Кановы с аллегорической фигурой Италии, скорбящей у гробницы поэта), можно найти надгробие Данте; прах же великого флорентийца покоится в Равенне
Мраморная гробница Микеланджело, выполненная по рисунку Вазари, находится вправо от входа. Её украшают аллегорические фигуры Живописи (скульптор Баттиста Лоренци), Скульптуры (скульптор Валерио Чоли) и Архитектуры (скульптор Джованни дель Опера), что должно было выражать мысль о многообразии гения Микеланджело. Фигуры «Искусств» довольно выразительны, гробница же в целом безвкусное сооружение
В Санта Кроче имеются фрески Джотто: в капелле Барди на сюжеты жизни Франциска Ассизского, в капелле Перуцци на евангельские темы. Но они сохранились значительно хуже падуанских, поэтому производят меньшее впечатление. Внутренний дворик церкви украшает капелла Пацци — совершенный образец архитектуры Возрождения, — построенная в 1430-1443 годах архитектором Брунеллески, имя которого неразрывно связано с расцветом флорентийского искусства первой половины XV века
В архитектуре Брунеллески, в скульптуре Донателло и в живописи Мазаччо наиболее ярко проявились реалистические устремления раннего флорентийского Возрождения, подготовившие почву для дальнейшего развития искусства
Одна из работ Донателло — горельеф «Благовещение» — находится в Санта Кроче. Он выполнен в сером камне (так называемая «серена»), добывавшемся в окрестностях Флоренции, и отделан позолотой. Сочетание серого с золотом и богатое архитектурно-орнаментальное обрамление античного стиля, проработанное с филигранной тонкостью, делает вещь изысканно нарядной. Мастер Возрождения трактует евангельский сюжет как светскую сцену. Как верно подметил Вазари, здесь молодой Донателло свой «великий талант» проявил в трактовке фигуры мадонны, «которая испугавшись внезапного появления ангела, робко и нежно склоняется в почтительном поклоне, обернувшись к приветствующему её вестнику…»