Из предметов роскоши и искусства мы встречаем ковры (celone) с гербами Гвиниджи, гобелены (р. 90 и 103) с мифологическими сценами, маленький орган (р. 83) и арфу, картины (их только две) и мраморную статуэтку, которую опись именует идолом (р. 101): составлял инвентарь ещё, очевидно, старовер, не заражённый страстью к антику. Ковры, мрамор, музыкальные инструменты — всё это показатель народившегося художественного вкуса. Но вряд-ли искусство стало уже личной потребностью хозяина — соответственные материальные следы её сравнительно скудны. Книга им ценилась, повидимому, выше. Библиотека его по инвентарю включала до 90 томов и носила характерный для эпохи отпечаток энциклопедизма. Классики — греки в латинских переводах — Аристотель, Тит Ливий, Сенека, Цицерон, Боэций, Проперций, Овидий, Виргилий, Плиний, Ювенал — преобладают над отцами церкви. Гуманисты представлены отдельными трактатами Петрарки, Боккачио, К. Салютати; итальянская литература — сборником 100 новелл, «Комедией» и поэмой Чекко д’Асколи. Не забыты большие энциклопедии: Catholicon, Papie, Uguccione. Есть труды по агрономии, астрологии (Гвидо Бонатти), юриспруденции (Декреталии), медицине (Авиценна), географии — знаменитое путешествие Марко Поло. В ту же библиотеку входил и кодекс с хроникой Серкамби. Каждая составная часть инвентаря отмежёвывает определённый уголок итальянской культуры кваттроченто: библиотека, в частности, указывает на пробудившуюся тягу к гуманистической образованности, центром которой была Флоренция, откуда луккские книгочеи выписывали кодексы для книгохранилища синьора. Если междоусобия предыдущего столетия и мешали Лукке в смысле уровня образования притязать на первые места, то всё-таки и здесь, в том же XIV веке, студенты, местные уроженцы, учившиеся в других итальянских университетах, получали правительственную стипендию и в местной же городской школе, пока собирались перечисленные выше книжные богатства, заражался вкусом к науке и, быть может, уже и к собирательству кодексов, Томазо Парентучелли, будущий папа Николай V, гуманист на папском престоле, автор первого библиотечного канона (33)
Старые вещи в старом инвентаре перекрёстным светом озаряют быт княжеско-банкирско-купеческой семьи. Ларец с серебром заключает ещё серебряную позолоченную шпору (р. 70) и такую же розу (р. 69). Шпоры, верно, получил сам Паоло или один из его сыновей при торжественном обряде посвящения в рыцари, традиционном среди купеческой аристократии, которая, по мере сосредоточения в её руках земельных богатств, притязала и на отличия феодальной знати. Орден Розы Паоло получил в 1408 г. от папы Григория VIII, как самый благородный рыцарь, присутствовавший тогда при папском дворе
Папская милость взыскала доброго католика. Паоло не только продолжал отстраивать и украшать городской собор при участии Серкамби. Среди драгоценностей он набожно хранил икону божьей матери на золоте с эмалью, серебряный ковчег для мощей, такой же крест, много других разных ценных икон и распятий. Мало того: в отдельном сундучке хранилось и полное облачение церковное, в том числе епитрахиль, нарукавницы и церковная утварь, необходимая для мессы: омофор, антиминс, требник, хоругвь и т.д. (р. 87). Все эти принадлежности домашней капеллы, обычной для богатого дома, блюдущего чин. Впрочем, даже бедный Боккаччио имел у себя в Чертальде такую капеллу и мог сам служить себе мессу
Так, рядом с хроникой и сохранившимися доселе постройками инвентарь и регесты луккского архива дают представление не только о богатствах купеческой династии, неисчерпываемых, конечно, этими источниками, но и всем обиходе её, материальных и духовных вкусах, нуждах и роскоши
Вкус к постройкам и собиранию книг, отчасти уже антиков; чувство красоты пейзажа и монументального памятника; меценатство; хоровод амуров на саркофаге и мифологические образы в причитании; тяготение к музыке; страсть к пышному пёстрому, с драгоценными украшениями, наряду, к гобеленам, к прекрасной посуде, выставляемой напоказ на креденцах-полубуфетах на пирах; домашняя капелла и украшение храмов по традиции благочестия; гербы и шпоры, как след традиции рыцарской; торжественно театральная обрядность быта из любви к зрелищу, к декоративности, и всё это на материальной базе промышленно-банкирских контор, торговых флотилий, вкладов на текущий счёт, земельных латифундий — вот к чему сводится типический итог для итальянской купеческой династии раннего Возрождения