Первоначальный план пробыть во Флор. туристическим образом дней десять, расширился: мы оставались там целый месяц: я втянулся в историческую работу, в библиотеке и на памятниках; и незаметным образом же — намерение как можно тщательнее подготовиться к Риму, которое осуществлялось во Флоренции, привязало меня к ней самой. Плохо было то, что две цели — чисто научная (в книгах) и монументальная (по следам старины) совмещавшиеся в моей жизни, перебивали одна другую. Но это стало вообще драмою моего существования: столкновение специально научных и шире умственных интересов, не всегда совпадающих один с другим. Не всегда удавалось их примирить, и это было причиною многих внутренних кризисов и горестей
День свой я стремился расположить так. Вставал рано и дома старался обдумать план предстоящего дня*. К девяти часам я отправлялся в Национальную библиотеку**. Самая дорога туда очень мне полюбилась, часто останавливался я на ponte alle Grazie, смотрел во все стороны, взором связывался с флорентийскою красотою. Работал я в библиотеке до часу, иногда до двух, смотря по энергии на ходу дела. Изучал я Вануччи и мало по малу собирал материал по монументальной истории и древностям Италии. Последнее было оч. увлекательно; я продолжал дело в Риме, под конец накопилась богатая литература, и узнал я немало важных данных, которые много предопределили и направили в дальнейших моих занятиях. В Sala riservata*** я не решился стучаться: казалось, ещё не заслужил такой учёной привилегии; но и в общую залу можно было добывать нужные книги и пользоваться необходимыми справочниками
[* Необходимые книги на дом я получал из прекрасной библиотеки, устроенной Vieusseux, основателем научного журнала Archivio Storico Italiano, в которой много было научных книг, в частности литературы о Флоренции и Италии]
[** Она расположена в здании Уффиций со входом из-под галереи. Нельзя сказать, что она устроена хорошо, но для моих временных потребностей в ней было всё, что нужно, и я уже там привязался к библиотечным занятиям, которые остались мне милы всю жизнь: именно в библиотеке особенно деятельно работала всегда моя мысль: там я не только собирал материал, но там же слагались и писались многие работы, обстановка вдохновляла меня]
[*** специальный зал, зарезервированный для учёных (e.n.)]
Вторую часть дня* я отдавал посещению музеев; — ко мне присоединялась иногда Маша, иногда Катя Тимофеева, иногда шли мы и все вместе, прихватывая и Катюшку. Изучали мы гл. обр. галерею Уффиций и Питти, отчасти Академию, ходили по главным церквям. Нужно сказать, что я очень был плохо подготовлен по истории искусств. Односторонний <…> ригоризм отвращал меня даже от общения с художественным <…> и только первая поездка за границу (в 1889 г.) раскрыла мне наст. обр. глаза на них <…> Но я должен сказать, что всего более там затрогивали меня картины высокого ренесанса — Рафаэля, Тициана и Карреджо, Андреа дель Сарто (наиб. в церкви St Maria Annunziata). Ботичелли только отчасти привлёк, а более раннюю архаику, к которой я привязался впоследствии, и <…> Фра Анджелико и др. я тогда как будто не оценил и не прочувствовал**
[* завтракать ходил обыкновенно домой (во Флоренции всё близко) или брал что-ниб. с собою (с’едал булку с сыром или ветчиною под Loggia dei Lanzi), или (редко) заходил в какой-нибудь трактирчик]
[** В эту сторону меня сильно двинули позднейшие путешествия мои в Италию, особ. летние поездки 1900 и 1901 г. с ученицами моими О.А. Добиаш, С.А. Новиковой и Л.Н. Кр***евой]
e.n. — примечания и переводы Виктора Ивановича Рутенбурга