Борис Константинович Зайцев. Данте и его поэма

Как бы ни спорили о портрете Данте, сохранившемся на фреске во флорентинском Барджелло, сколь ни основательно мнение, что во времена Джотто не было ещё реалистических портретов, а с другой стороны данный портрет подправлен в прошлом столетии, — всё таки Данте времён «Vita nuova» представляешь себе именно таким, как изображён он юношей, с тонким, острым и очаровательным профилем, юношей готическим, с сосредоточенным, задумчивым, почти печальным взглядом, скромным, уединённым и уже горделивым. Есть и подземные стихии в нём, но они ещё не вылились наружу

Мы очень мало знаем, как он жил за это время. По собственным его признаниям — много читал, учился, но был самоучкою. Несомненно, знал по латыни, знал провансальский и старофранцузский язык, занимался реторикой и диалектикой, философией. Греческим вряд ли владел. Читал Боэция, Цицерона, Вергилия. Очень много работал духовно, мы ниже скажем над чем и как. Нельзя, однако, утверждать, что был чужд светского: напротив, были у него и весёлые друзья и дела какие-то весёлые, наверно мимолётные, но жгучие очарования. Их отголоски, хоть и глухие, видят в сонетах Данте к Форезе Донати, приятелю его молодости, и в ответных стихах последнего

Данте женился молодым. Известно, что ко времени изгнания (1302 г.) у него было уже четверо сыновей. Его жену звали Джемма Донати. Он, прославивший Беатриче, не обмолвился ни словом о жене, за всю свою жизнь; когда его изгнали, в странствия она с ним не пошла. Его семейная жизнь для нас — тьма: и, может быть, это просто серое, или пустое место

Мы знаем ещё, что он был воином: в 1289 г. сражался в рядах флорентийских войск, при Кампальдино, с аретинцами. В том же году присутствовал при занятии пизанской крепости Капроны

Знаем, что он не был богат, вероятно происходил из среднего дворянства и, обладая познаниями в медицине, быть может применял их. Между 1293-1300 г. занял 37000 лир, с поручительством брата своего, Франческо — неизвестно для каких целей. 6 июля 1295 г. голосовал в совете Ста. 12 декабря принимал участие в выборе приоров. Между 1297-1300 приписался к цеху медиков и аптекарей, а в мае 1299 был посланником республики в С. Джиминиано

Тут начинается его общественная, политическая жизнь, нанёсшая главный удар его существованию, приведшая к изгнанию

Быть может, если бы с 15 июня по 15 августа 1300 г. Данте не состоял приором (один из шести высших магистратов республики), если бы в апреле 1301 г. не был ему поручен надзор за городскими постройками, и 14 числа не высказался он в Совете Ста против папы Бонифация VIII, то иначе повернулась бы его жизнь; может быть его не выгнали бы из Флоренции, не бродил бы он по Италии нищим-поэтом и философом, учителем поэзии и высокомерным приживальщиком. Но тогда, возможно, иной была бы и «Божественная Комедия», — мы не знаем, какой именно. Ибо слишком много гнева, тоски, скорбных раздумий дало ему как раз изгнание

Данте пострадал потому, что принадлежал к партии Белых. Эта партия, родом из Пистойи, мрачного и озлобленного городка близ Флоренции, который в «Аду» сурово покарал словом своим Данте. Оттуда разделение на Белых и Чёрных перешло во Флоренцию, вместе с явившимися представителями враждующих родов. Так что кроме старого деления гвельфы (сторонники папы), и гибеллины (императора) — явилось новое. Всё же Чёрные ближе стояли к папе, чем Белые. Бонифаций VIII воспользовался этими раздорами, чтобы присоединить Тоскану, как наследие маркграфини Матильды, к владениям церкви. В 1301 г. 1-го ноября, Карл Валуа, «миротворец», посланный папою, вступил в город без вооружённой свиты. 5 ноября в S. Maria Novella Синьория (правительство Республики), на собрании представителей духовных и светских властей обратилась к Карлу Валуа с речью о полномочиях и мире в городе. Он обязался поддерживать общее благоденствие и водворить порядок. Но тотчас после этого вооружил свиту и впустил в город Корсо Донати, вождя Чёрных, стоявшего с друзьями недалеко за стенами. Синьория (из Белых) пала. Пять дней грабил плебс дома Белых, а власть захватили Чёрные и Валуа. К Рождеству все вожди Белых бежали, среди них и Данте. А 27 января 1302 г. был обнародован декрет об изгнании* Данте и его товарищей. Декрет скреплён именем подеста Флоренции — Канте да Габриеле да Губбио, — имя это увековечено печальной славой. Данте обвинялся во взяточничестве, вымогательстве денег, подкупности и т.п., главным же образом во враждебности папе и принцу Карлу
{* ряд исследователей считают, что декрет застал его по дороге из Рима во Флоренцию (или ещё даже в Риме) и он больше никогда не был в родном городе, другие же — что Данте всё-таки вернулся во Флоренцию, но скрывался, и покинул её уже после декрета и разрушения дома}