Мы в Сиене, и не в Сиене. Вне стен её, и немножко над ней. Отсюда видишь её как будто и всю, да по-верху; верхушки её видишь: крыши, башни, купола. Не считая Сан Франческо на выступе влево и недавних построек ближе к нам, совсем град Китеж, но не полностью затонувший, и не в озере, а среди виноградников, полей и на очень сиенском фоне оголённых круглоголовых холмов, тех же, что у Лоренцетти в Палаццо Пубблико, там внизу, на две воронки. Башню видишь, но глядя отсюда о воронке и не догадаешься никак
В Сиене, и не в Сиене… Не будь вида, мы, пожалуй, и забыли бы, что мы возле неё. Резвый автобус мигом махнул в гору, потом под гору, потом ещё прибавил ходу, на высоту молодцевато нас вкатил, и сбросив на перекрёстке исчез за поворотом. Тихо, кругом никого. По весеннему зелено, просторно. Направо — фруктовые деревья, дома кое-где, огороды, холмистая даль. Но мы налево пойдём, вдоль стены (за ней сад) по неширокой просёлочной дороге. Вот уже и церковь Оссерванца, за ней Сиена. Но церковь сама — ничего сиенского в ней нет. Ни женственного, как здесь повелось, умиления, ни хлопотливого украшения. И никакой готики — чистейшее кватроченто. А уж если слово это мысленно ты произнёс, то наверное подумал о Флоренции. Не напрасно. Трёхаркадный, с двумя квадратными окошками вверху, скромный и скорее строгий портал, высокая стройная церковь, ритмически пропорционированная внутри: по четыре капеллы с каждой стороны корабля и легко лежащий над алтарём, непоказанный снаружи купол. 1476. Строил (или план определил) Франческо ди Джорджио Мартини, сиенский прославленный мастер, сиенцем и оставшийся в живописи и скульптуре, но в архитектуре легко и свободно сделавшийся флорентийцем
Воздушной бомбардировкой 23 января 44-го года была церковь до фундамента разрушена, после чего её прилежно построили вновь из рассыпавшихся кирпичей. Немножко прохладней, отвлечённей от этого стала, но была «умышленна», по-флорентийски прохладна и до того
Оссерванца. Сейчас объясню это имя. Но ещё недавно, когда любили — и полагалось любить — Флоренцию «Примаверы» и монастыря св. Марка, оно и без объяснений многим было дорого. Паломничества сюда совершали — больше в колясках и эстетические конечно — дамы в цветистых шляпах и их кавалеры в высоких воротничках; тем более, что хранятся тут преизрядные глазурные терракотты делла Роббиа (не отца, а сына), девственно белые на голубом безмятежном фоне, — таком голубом, каким было небо над землёй, покуда бомб оттуда на неё бросать не научились…
______★______
Слово «оссерванца» значит «соблюдение», в данном случае — соблюдение францисканского устава. Оно тех монахов имеет в виду, что внутри ордена особым обетом обязались устав это неотступно соблюдать. Путь блюстителям указал в начале XV века фра Бернардо из знатного рода Альбиццески, уроженец сиенского вассального городка Масса Мариттима, увидевший там свет в 1380 году, в год смерти св. Екатерины Сиенской. Вырос он в Сиене; здесь ещё юношей приступил к делам милосердия в странноприимном доме и больнице, что против собора. Здесь, в церкви св. Франциска — вот она, как хорошо её видно отсюда — принял монашеский постриг. Рано стяжал себе славу странствующего проповедника; повсюду собирал на площадях (в церкви они не вмещались) многотысячные толпы. Но с родною Сиеной надолго не расставался, где все его знали и любили, где верно и дали ему ласкательное имя — вместо Бернарда, Бернардин. В епископы тут его прочили (как, впрочем, и в Урбино, и в Ферраре), но он предпочёл остаться тем, кем он был