ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ
<…>
VII
Les uns descendent d’Abel, les autres de Caïn, dit le chanoine en terminant; moi, je suis un sang mêlé
Balzac
[«Одни происходят от Авеля, другие от Каина», — сказал в заключение каноник. — «А во мне смешанная кровь»]
Лейден уже довольно давно находился во Флоренции с женщиной, с которой сошёлся в Константинополе
Он называл её Роксоланой. Имя у неё было какое-то странное, вроде Фатимы. Так она ему сказала в первый день, но затем стала с именем путаться: в другой раз оказалось, что её зовут Зулимой. Он впрочем скоро заметил, что она часто врёт и притом без всякой причины или цели. В этих именах был малоправдоподобный, конфетный восток. Позднее он догадался, что Фатимой, Зулимой и другими именами её верно звали люди, «покупавшие» её до него. «Время байроновское, много бездельных людей шатается по Европе в поисках подобных приключений». Однако нужно было как-нибудь её называть. Лейден вспомнил рассказ гида. Она никогда о жене Солеймана Великолепного не слышала, но новое имя ей понравилось.
— Так меня и зови, — сказала она со смехом
Они беспрестанно переходили с русского языка на французский. Роксолана говорила, что ей необходима практика во французском языке. Иногда она одно и то же сначала говорила по русски, затем сама для ясности переводила на французский. Это и забавляло Лейдена, и было немного ему досадно, точно новый, странный, неправильный язык подчёркивал его новую, странную, неправильную жизнь
— Так и знай: ты теперь Роксолана.
— Хочешь, и я тебя буду звать Солейманом Великолепным? Не хочешь, ну, не надо. А ну, ты будь как султан. Все султаны щедрые, ах, какие щедрые! Они своим жёнам всё дают: бриллианты, шёлк, бархат, грóши. Так делай и ты, а я буду тебя любить.
— Будешь любить? Значит, ещё не любишь?
— Ты вези меня в Париж, я там скоро буду главная гадалка. Я ещё не всё умею, но буду уметь, я страсть умная. А я хорошо говорю по французски?
— Ты отвечай, когда тебя спрашивают!
— В Париже можно много заработать. А я ну, тебя люблю. Буду страсть любить, если ты будешь щедрый
Константин Платонович знал, что его считают «человеком с заскоками». Теперь он признавал, что люди, так его определявшие, были совершенно правы: «И даже не с заскоками, а просто полоумный. На старости лет изменить жене, связаться с авантюристской, влопаться в историю, которая должна кончиться неприятно, что может быть глупее и постыднее!». Тем не менее Лейден был весел и бодр, как давно не был
<…>
VIII
Тициан девяноста семи лет отроду сказал, будто только теперь начал понимать, что такое живопись
Из старого словаря
При первом знакомстве Флоренция не очень его поразила. Он ожидал большего. Остановились они в старой гостинице на Лонгарно. Роксолане она не понравилась
— И комната у грека была больше, и кровать лучше, смотри, какая эта твёрдая! — сказала она, садясь на кровать. Теперь они чаще говорили по французски. — Кровать это самое важное. У грека были шкапы, а мне нечего было вешать. А здесь один шкапчик. Куда я дену всё, что ты мне купишь?
— Да этому дому верно лет триста.
— Что-ж тут хорошего? Оттого и плохо, что лет триста. Что старое, всё плохое. И люди так… Ты с хозяином не торговался, он дешевле уступил бы. Пустил бы меня поторговаться. Ты не умеешь.
— Не умею. Вот и за тебя переплатил.
— Переезжать не стоит. Ты пойдёшь мыться? Верно, опять на целый час? Хорошо, я пока выну вещи. Ах, мало у меня вещей…
— Неужели ты не видишь, как здесь всё прекрасно?
— Что прекрасного? Да если дом и прекрасный, то ведь он не мой.
— Смотри, какой вид.
— Самый обыкновенный вид. Река узенькая, вода грязная. Разве в Константинополе такая вода? Неужели это вправду такой важный город?
— Один из самых прекрасных городов мира.
— У нас в Пере теперь строится дом в четыре этажа! Когда я себе построю дом, то у меня будет настоящий дом, хороший, светлый. И у меня будет свой сад с грушами. Ах, как я люблю груши! И непременно чтоб были свои… Ты скажи хозяину, что ты не рассчитал, ты их денег не знаешь. Он должен уступить. Париж верно совсем другой город, — критиковала она, впрочем очень благодушно: была ещё веселее обычного. — У вас в Киеве есть груши?