Владимир Дмитриевич Яковлев о Ливорно

Проходя по Via-Grande, я посетил фабрику для обделки кораллов. Огромное количество этого морского произведения меня изумило тем более, что в Европе мода на кораллы давно прошла; но мне объяснили, что всё это сбывается на Восток, в Африку и даже в Южную Америку. Чёрные и цветные люди оказывают сильное пристрастие к кораллу, особенно в странах, где море не богато этим продуктом. Брамины и азиятские принцы, в своих нарядах, отдают кораллу преимущество перед перлами индийских морей; между-тем как Европеец готов отдать великолепнейший из кораллов за малейшую жемчужину

Ни одно произведение земли и моря, по милости учёных, не скиталось столько с места на место в трёх царствах природы. Древние причисляли коралл к драгоценным каменьям, очевидно введённые в заблуждение тем, что коралл принимает полировку и твёрд, блестящ, как агат. Ботаники, обманутые формою ветвей, решительно считали коралл подводным растением. Наконец микроскоп открыл, что кораллы произведение мелких полипов, и это алое вещество, подлежащее по своим свойствам ведению минералогии, по своим ветвям — ботанике, возвращено было по принадлежности зоологии, отнесено к классу животно-растений. Это открытие, как водится между учёными, сначала было осмеяно, потому-что поколебало идеи, принятые со времён Плиния, и только Линней мог утвердить за кораллами место посреди зоофитов*
[* в действительности, приписывая кораллы миру животных в двенадцатом, исправленном издании своей книги «Система природы» (1767), Линней просто повторил утверждение, высказанное в 1726 году французским физиком Андре Пейзоннелем (André Peysonnel)]

И в Ливорно, как во Флоренции, существуют магазины скульпторов, наполненные статуями, бюстами, барельефами и разными мелкими вещицами из алебастра и мрамора. Что касается до статуй, все они большею частию алебастровые и даже мраморные пародии знаменитых антиков. Это почти непонятно в таком близком соседстве с коллекциями дивных оригиналов. Впрочем, руководствуясь художественным тактом, и здесь вы можете выбрать несколько порядочных копий с антиков, или мозаической работы столик, или хотя изящный камин каррарского мрамора, и всё это приобретается в Тоскане по ценам весьма умеренным; но главное затруднение состоит в перевозке

Недавно построенный здесь театр* — невелик и невзрачен. О труппе не могу сказать ничего, потому-что она в летние месяцы пользуется вакациями
[* вероятно, речь вдет о театре Leopoldo, открытом в 1847 году практически без всякой отделки]

Я заглянул в здешний арсенал, и убедился, что он может вооружить в несколько часов всех, кто в Ливорно только способен владеть оружием

Один из ливорнских кварталов, весь прорезанный каналами, носит пышное название «Новой Венеции»*, хотя скорее напоминает Амстердам, чем красавицу Адриатики
[* (Venezia Nuova) — квартал, расположенный между Старой и Новой крепостями, построен в XVII веке, после мелиорации морской зоны на севере города, для расширения объёма торговли Ливорно, по примеру Венеции. Здесь размещались склады местных и иностранных купцов. «Новая Венеция» скоро стала историческим центром Ливорно]

Вместо мраморных палаццов, здесь в черноватые вòды каналов глядятся пакгаузы, магазины. Сходство, кажется, ограничивается тем, что и здесь, как в Венеции, товары доставляются в лодках к самым дверям зданий

В Ливорно много воды, но нигде я не вынужден был пить столько вина, как здесь… После кристальных струй римских фонтанов или неаполитанских aguajoli*, как-то неловко утолять жажду желтоватой и порядочно зловонной водой, какую здесь предлагает вам фонтан, устроенный на главной ливорнской площади. Недостаточный класс населения долго осуждён был довольствоваться этим негодным напитком. Только богачам доступен предмет роскоши — вода, привозимая на барках из Пизы
[* Aquajolo (на римском диалекте) — продавец воды и лимонада]