Софья Ивановна Лаврентьева. Флоренция {из «Путешествия Вани и Сони за границу»}

Нo ещё красивее, хотя и не так тенист, променад уже за воротами города, именно за воротами Порте Романа, называемый Виале дей колли (Viale dei colli — бульвары по холмам), всё постепенно возвышающийся аллеями, с разнообразной растительностью, прелестными цветниками и зелёными газонами; соединяющийся с площадкой Микель-Анджело, названной так потому, что среди неё стоит отлитая из тёмной бронзы, с лучшей работы Микель-Анджело, статуя Давида. С этой площадки, обнесённой балюстрадой, дивный вид на всю долину реки Арно, извивающуюся голубой лентой среди зелёных холмов и через самую Флоренцию, раскинувшуюся у ваших ног будто прелестная игрушка, с её вековыми зданиями, башнями и куполами; с фоном зелёных холмов, сливающихся с большими горами и голубым горизонтом. Кроме променада Виале дей колли к площадке Микель-Анджело ведёт от города прекрасная экипажная дорога, a также и более короткая, — пешеходная. Если же вы хотите попасть туда и скорым и дешёвым способом, то с площади Синьории садитесь в поезд, состоящий из двух вагонов, который до черты города идёт на лошадях, a там лошадей заменяет паровоз и несёт вас быстро всё вверх между раскидистых деревьев по прекрасной дороге с прекрасными видами на окрестности. Площадка Микель-Анджело будет первой станцией этого паровоза, который затем помчится дальше, то идя по ровной дороге, то поднимаясь, останавливаясь на разных станциях, или у какого-нибудь зàмка, или местечка, или прекрасного протестантского кладбища, на котором есть отделение для кладбища православных, то у холма, на котором возвышается древний и чрезвычайно интересный по богатству и художественной отделке храма монастырь и доходит до деревни Сан-Камьяно

Выйдя на плошадке Микель-Анджело, вы поднимаетесь к знаменитому кладбищу Сан-Миньято, войдя на него через глубокие ворота, проделанные в древней совсем потемневшей стене, заключавшей в себе когда-то крепость. В начале кладбища на площадке возвышается один из древнейших храмов Флоренции, построенный из белого и чёрного мрамора, с наружными фресками на золотом поле, блестящим издали

Внутренность храма очень оригинальна. Стены его расписаны древними фресками, по бокам идут ряды колонн из зеленоватого мрамора. Небольшой алтарь в чисто византийском стиле, a по обеим его сторонам идут две мраморные лестницы вверх, во второй этаж, средний алтарь которого и окружающие его баллюстрады сделаны из белого и чёрного мрамора, будто тонко резные из слоновой кости; a сзади алтаря находятся пять окон, в которые, вместо стекла, вставлены тонкие пластинки мрамора белого с лёгкими чёрными и красными прожилками. Солнечные лучи, проходя сквозь этот прозрачный мрамор, производят необыкновенный эффект

Вид с площадки, на которой стоит церковь, на Флоренцию и всю долину Арно ещё лучше и шире, чем с площади Микель-Анджело. Самое кладбище с его прекрасными памятниками, отдельными часовнями и длинными рядами надгробных плит, идущих в несколько ярусов и украшенных цветами и венками, — очень интересно

По окрестностям Флоренции можно предпринять несколько и более отдалённых и интересных поездок, из которых особенно хороша поездка в местечко Фьезоле, лежащее на одном из холмов, окружающих цветущий город. В настоящее время туда особенно любят отправляться па поезде электрической железной дороги, отходящей каждые полчаса с площади Сан-Марко, близ монастыря того же имени. Прежде, чем отправиться во Фьезоле, наши путники осмотрели и самый монастырь, теперь упразднённый, но тщательно сохраняемый, благодаря превосходным стенным фрескам в каждой из пустых келлий, работы одного из древнейших художников Флоренции Фра Беато Анджелико, который был прежде монахом во Фьезоле, — где и теперь находится монастырь, — a потом в монастыре Сан-Марко, и который умел придавать ликам святых, писаных им, поистине, святое вдохновенное выражение. Там же сохраняется келья монаха этого монастыря — Савонароллы, горячего проповедника, обличавшего проступки знатных богачей, среди своей безумной роскоши, забывавших угнетения бедствующего парода. Савонарола своими врагами был несправедливо обвинён и осуждён на сожжение, о чём мы уже говорили