Каландра между тем прибежал к дому Пилукки и стал изо всех сил колотить в дверь и кричать неистовым голосом. Приятели, которые уже поджидали его, поспешно побежали к двери с большой весёлостью, и Пилукка первый окликнул его: «Это ты, Каландра, опять ты со своими глупостями?» На что Каландра отвечал: «Ой, Пилукка, и вы, братцы, пожалейте меня, спасите! У меня весь дом полон привидений и покойников, точно весь ад у меня устроил собрание!» И он рассказал им всё, что случилось. Зороастро с товарищами притворились, что опять не верят ему и боятся, что он хочет их только одурачить. Каландра же снова клялся и божился и просил их пойти с ним и сначала убедиться во всём, а потом посоветовать ему, что делать. И когда он говорил всё это, а сам дрожал от страха, Зороастро сказал ему: «Мой Гваспарри, у нас не было бы никакого сомнения, так убедительно ты всё рассказываешь; но один раз сегодня ты уже обманул нас, и мы не можем тебе поверить из страха быть второй раз одураченными». Каландра стал клясться душой и телом, что не хочет вовсе их дурачить, и умолял пойти с ним, обещая выколоть себе глаза, если они увидят, что он их обманул. Зороастро на это ответил: «Что ты хочешь выколоть себе глаза, если мы ничего не увидим, — этого нам вовсе не нужно. Ho дай нам в заклад кольцо с рубином, которое у тебя на пальце, и если всё будет так, как ты говоришь, и в твоей комнате мы увидим мертвеца, свечи и прочие чудеса, то мы возвратим тебе кольцо с удовольствием. Если же случится, как на мосту Каррайя, что мы не увидим ничего, то кольцо твоё останется у нас, ты же оставь себе свои глаза, — это слишком дорогой товар, чтоб ставить его об заклад»
Каландра немедленно и очень весело ответил ему: «Я согласен». Он отдал Зороастро кольцо, которое получил по наследству и за которое в любое время дня и ночи можно было выручить двадцать пять или тридцать дукатов. А затем Каландра тронулся в путь, сопровождаемый Пилуккой, Скеджей, Монако и Зороастро, и они шли до тех пор, пока не пришли на Борго Стелла. Первым подошёл к двери Скеджа и, видя её открытой, сказал: «Боюсь как бы не обчистили у тебя дом». — «Увы, — отозвался Каландра, — я от страха и от поспешности позабыл запереть дверь». Затем, боясь войти, он сказал Пилукке: «Иди ты первый». Но так как было темно, то Монако, у которого был фонарь, сказал: «Стойте, я пойду вперёд». Каландра стал среди всех, и когда они подошли к спальне, Монако нарочно сделал вид, что не решается войти. Тогда выступил вперёд Зороастро и, схватившись за ручку, в одно мгновение распахнул дверь, и все тогда увидели комнату, какой она всегда бывала. И Зороастро со смехом сказал: «Мы выиграли кольцо. Каландро, гляди сам, где твои покойники, свечи, привидения, черти? Я то думал, что увижу весь ад»
Если когда-нибудь бывал так огорошен человек, так это был теперь Каландра. Он ничего не понимал и не знал теперь, видел ли он всё это на самом деле или оно только ему померещилось. А его приятели продолжали смеяться над ним, говоря: «Правы мы были, когда думали, что ты хочешь нас одурачить и потом трубить об этом во всей Флоренции. Но, благодаря Бога, одураченным теперь будешь ты сам, если только твой рубин не фальшивый». И такими и подобными словами они доняли его так, что он стал просить их не оглашать этого дела и предложил им выкупить у них кольцо за двадцать пять дукатов, чтобы молва не разошлась по городу. Они с радостью согласились и даже, как в ту ночь он боялся спать один, Скеджа остался с ним. Монако пошёл к себе домой, а Зороастро ушёл вместе с Пилуккой