Но в последнее время привлекла всеобщее внимание художников Флоренции, её граждан и иностранцев, и заслужила всеобщие похвалы картина Стефано Усси (Ussi): Изгнание герцога Афинского Гвалтиери из Флоренции в 1343 году. Её можно было видеть не на выставке, но в мастерской художника при академии изящных искусств, по воскресным и праздничным дням, когда он не работал. Стечение зрителей всякий раз было большое. Правительство приобрело картину за 12.000 франков. Усси до этой картины был известен Воскресением Лазаря, картиной, заслужившею премию от академии в 1849 году, но вовсе не представляющею тактах достоинств, какие поразили в картине, взятой из истории Флоренции
Джиованни Виллани в своей хронике подробно расказывает в двух главах об этом событии, описываемом в Истории Флоренции Маккиавелли. Тиранния герцога и его клевретов подала повод к заговору против него, в котором участвовали епископ города Аччиаоли, из ордена предикаторов, и многие знатные фамилии Флоренции. Живописец соединил исторические подробности летописного расказа в одно целое и выбрал для своей картины ту минуту, когда герцог сдаёт дворец епископу и властям города и решается подписать бумагу отречения. Картина, можно сказать, делится на две половины для зрителя который бы обратился лицом к её середине. Перед собою он увидел бы сидящего герцога, который держит в руках роковую бумагу. Нерешимость ещё бродит на смутном лице его. В глазах неопределённость воли и стыд обличённого и наказанного тиранства. Справа от зрителя стоят воины, его верные Боргоньйоны и Сиенцы, пришедшие на помощь. Один из них, на площади раненый в голову до крови народом, метающим камни во дворец (они видны на полу), руками показывает герцогу, что ничего другого не осталось делать, как спасаться бегством. Другой воин, в латах, может-быть, граф Симон, предводитель сиенской дружины, великолепная фигура, указывает герцогу на выход из дворца и на верную охрану готового войска. Слева, у герцогова стула, стоит лицо бледнозеленое, в страхе и трепете, дрожа всем телом; это должен быть, по расказу Виллани, мессер Черретьери, один из самых гнусных клевретов тираннии герцога. Он боится грозы народной, которая вдали, в глубине картины, видна за ним; но хитрый и лукавый, он находит охрану при своём покровителе, как и говорит о том хроника. Народное знамя, с знаком креста, развевается вне дворца и свидетельствует о волнении народа. Левее от зрителя, в величавом спокойствии, стоят представители власти народа, светской и духовной: гонфалоньер Флоренции, весь закованный в латы воин, опершись на свой меч; при нём знаменоносец держит гонфалон, или городское знамя; возле гонфалоньера епископ Аччиаоли, в чёрно-белой одежде доминиканца, фигура изумительная по величию положения, по сознанию сана. Она так и выступает из картины и остаётся напечатленною в воображении долго после того как вы отойдёте от картины. За этими двумя главами города стоит молодой человек, в красивой одежде флорентинского патриция, один из представителей тех аристократических фамилий, которые участвовала в заговоре. Совершенно влево, в толпе народа, видны две жертвы народной мести, Guglielmo d’Asciesi, консерватор тираннии герцога афинского, как он назван в хронике, и сын его Габриэлло 18-ти лет, гнусно участвовавший вместе с отцом своим в этой тираннии. Виллани говорит, что сначала сын был разорван народом в куски в глазах отца, a потом и сам отец. Трудно вообразить себе тот испуг, который выражают оба эти лица, предчувствуя жестокую месть народа. Гнусностью испуга изображена вся гнусность их действий. Драма историческая — одна из тех знаменательных драм, которыми изобильна история Флорентинской республики