Вновь учреждённые праздники и воспоминания возрождённой Италии обнаруживают в особенности раздор, существующий в ней между духовною и светскою властию. Все архиепископы, кроме пизского, отказались участвовать в богослужении, которое в середу, 29 мая, совершалось в память погибших при Монтанаре и Куртатоне. Во Флоренции церемония происходила в Санта-Кроче, этом Пантеоне Тосканы и Италии, где находятся гробницы Данта (но без его тела, похороненного в Равенне, призревшей изгнанника), Микель-Анджело, Галилея, Маккиавелли, Альфиери и многих других. 500 инструментов было в оркестре. Но архиепископ Флоренции отказался от участия. Несмотря на то, каноник Марини, почтенный старец, произнёс довольно длинную и пышную речь в память погибших и призывал Италиянцев к соединению. Он не усомнился упомянуть в речи своей о том, что теперешнее движение Италии к единству и политической независимости первоначально дано было папою Пием IX в 1848. Холодность высшего духовенства к народным и политическим воспоминаниям современной Италии обошлась не без отмщения со стороны светской власти. Везде Corpus Domini, первая процессия римско-католической церкви, совершалась без её участия. Духовенство на своём главном празднике осталось совершенным особняком, начиная с Турина
В дополнение к тому, чтò сказал я в прошедшем письме, вот ещё анекдот, ходивший по городу. Один сельский священник, в окрестностях Флоренции, получил два письма: одно от гонфалоньера города, который приглашал его совершить богослужение в память умерших за свободу отечества; другое от архиепископа, который запрещал ему это. Священник, не зная, на чтò решаться, обратился к своим прихожанам и показал им оба письма, сказав им: «Дети мои! чтò мне делать? Хотелось бы послушаться гонфалоньера, но архиепископ рассердится, отставит меня от вас и лишит пропитания». Прихожане отвечали: «Ты, называя нас своими детьми, тем даёшь нам знать, что ты наш отец; дети обязаны кормить своего отца; отставит тебя архиепископ, мы тебе дадим хлеб. Служи обедню и паннихиду». Священник исполнил желание своей паствы
Как ни уверяют газеты, что римский вопрос близок к разрешению, но судя по таким событиям, едва ли это верно. Папская власть до сих пор имеет большую силу. Высшее духовенство не смеет ей противиться
На другой и на третий день после праздника, 2-го июня, газеты начали отдавать отчёт о том, как вся соединённая Италия отпраздновала его. Лучшая флорентинская газета La Nazione передала некоторые подробности о своём городе; я прибавлю их к сообщённым в прошлом письме моём. Полковое духовенство благословляло кропя святою водой, новое знамя, подаренное королём кавалерийскому полку Piemonte Reale. Генерал Джианнотти прочёл полку формулу присяги, которой полк отвечал по правилам военного устава. Приказ короля по случаю новых знамён был прочтён тем же генералом. Имя старого капеллана, служившего обедню и благословлявшего знамёна, Аллори, имя, прославленное двумя живописцами. Народ по совершении обряда, встретил его рукоплесканиями. В парадном гулянье по улицам Флоренции, которым богатая аристократия выражала своё сочувствие народному празднику, заметили отсутствие только четырёх знаменитых барынь. Недаром народный бал на Piazza dell’ Indipendenza соединил все сословия: здесь рядом с изящною аристократкой, которая привлекала к себе светских щёголей лучшего фашйона, гуляла живая поселянка с окрестных холмов Флоренции. Воины и крестьяне веселились в дружной пляске. Приятно было видеть, как гражданская свобода роднит сословия в общем веселье, которое питает согласие в людях. Еврейская община Флоренции в своей синагоге праздновала также народное торжество; раввин её, г. Давид Марони, был оратором от лица еврейской общины и приглашал её членов подать руку помощи жертвам землетрясения в Citta di Castello и в долине di Chiana. Все холмы, окружающие Флоренцию, горели огнями. Не было виллы, самой отдалённой, которая не приняла бы участия во всеобщей радости <…>