<…> Аньоло Фиренцуола заставляет нас покинуть широкий круг общеитальянских отношений первой половины XVI века. У Фиренцуолы была родина: он был флорентийцем. И в жизни его есть только два ясно разграниченных периода — пребывание в Риме и пребывание в Прато близ Флоренции <…> Фиренцуола был монахом, но только бенедиктинским, ордена Валломброзы. Как странно и шуточно для нас такое соединение монаха и новеллиста в людях чинквеченто! <…> он был настоящим писателем и сделался монахом, именно ища свободы для занятий литературой и спасаясь от скучной карьеры юриста. «Я бросил», пишет он, «моё бесплодное и безрадостное ремесло, чтобы растить в уединении сладостные сады муз»… Эти «сладостные сады» гораздо легче было возделывать тогда при келии бенедиктинца, чем при «боттеге» нотариуса или адвоката
Фиренцуола родился в 1493 году в очень почтенной флорентийской семье. Он учился в университетах Сиены и Перуджии, где свёл тесную дружбу с Пьетро Аретино. Решение надеть монашеское платье застало его в Риме, где, благодаря связям и талантам, он скоро получил звание аббата Санта Прасседе. Соблюдая обязанности по отношению к своему сану, он ничего не печатал при жизни. Но его писания были хорошо известны в рукописях и доставили ему большую славу. Папа Климент VII с большим удовольствием слушал чтение его «Рассуждений о любви». Несмотря на шумные успехи, жизнь при римском дворе мало привлекала Фиренцуолу <…> Фиренцуола был человеком иного темперамента, более тихим, наклонным к созерцательности и удовольствиям сельской жизни. He менее чем Мольца он любил женщин. Это было следствием его чувствительного сердца и впечатлительного воображения. Но он не был способен на такие похождения, какими прославил себя Мольца. Впрочем, он не избежал участи Мольцы и вывез из Рима туже самую болезнь, от которой умер автор «Тиберийской нимфы». Больной, усталый от римской жизни и лишённый покровительства по смерти Климента VII, Фиренцуола вернулся на родину. В окрестностях Прато, где находилось его новое аббатство, он достаточно счастливо провёл остаток своей жизни и умер в 1545 году
Он любил маленький и уютный город и окружавшую его тосканскую деревню с её голубыми горными далями. Женщины Прато нашли в нём пылкого друга и ревностного почитателя. Во всём, что он писал, он превозносил их красоту. Он написал здесь свои «Рассуждения о любви», трактат о красоте женщин, басни, названные им «Разговоры животных», и переложение «Золотого осла» Апулея. Фиренцуола был врождённым стилистом и любителем слова. Его проза написана чистейшим тосканским языком, нервным, точным и полным остроты. Новеллы были включены им в «Рассуждения о любви», начинающиеся с возвышенных и платонических речей о любви, которыми обменивается небольшое общество, собравшееся на вилле некоего Чельсо. Этим Чельсо был сам Фиренцуола, а избранной «королевой» кружка была его возлюбленная Амаретта
Иллюстрацией к начальным теоретическим диалогам о любви столь неожиданно служат десять «примеров», десять новелл Фиренцуолы. Смеющееся бесстыдство большинства из них удивляет, но не отталкивает. Во всём, что рассказывает Фиренцуола, нет ни следа грубости, и его остроумие, положительно самое тонкое из всех, выставленных на наш суд новеллистами Возрождения. Бенедиктинец Фиренцуола ещё более любил рассказывать о беспорядках монастырской жизни, чем делал это доминиканец Банделло. Увы! нет никакой надежды на то, что он преследовал при этом обличительные цели! Разумеется он осуждал грубое распутство и вымогательство, каким славились в его время нищенствующие ордена. Но есть подозрение, что сам Фиренцуола сделался монахом столько же ради свободного служения музам, сколько ради более свободного угождения Венере. Чрезмерная страстность натуры могла привести его к жестоким затруднениям, если бы он был в одежде мирянина и в роли семьянина. Только за оградой монастырских стен он мог, не мешая никому, культивировать свои природные наклонности к поэзии и любви