Но кажется на этот раз довольно об удобствах. Есть многое, чтò привязывает к Флоренции помимо их. Даже зимою? спросите вы недоверчиво. Но я, право, не знаю, чтò Флорентинцы называют зимою. Они кажется не простираются в ней далее нашего сентября, а большею частию довольствуются нашим хорошим августом. Для человека же, чувствующего недостаток здоровья, это обстоятельство непоследнее. Повидимому холод шёл сюда по нашим следам. Первые дни нашего пребывания здесь в самом деле были несколько холодны. С гор дул очень свежий ветер и нередко загонял нас домой ранее, чем нам хотелось. Однажды, вставши рано утром, мы увидали на крышах снег (и грязь на улицах.) Но тем холод и кончился. Стали пасмурные, но вместе и тёплые дни: что-то в роде нашей ранней весны. За тем опять проглянуло солнце, высушило улицы и напомнило нам хорошую пору августа. Так было здесь до последнего времени. В эти дни набережная Арно (Lungo l’Arno) полна гуляющими. Она вся лежит под солнцем и потому особенно удобна для прогулок. Если же случится ещё праздник, то на Лунгарно бывает просто тесно от толпы. Между тем в то же самое время происходит блестящее катанье в Прато: но это уже за городом. Пешеходы также могут избирать для себя эту прогулку, но мы предпочитаем сады Боболи. Если угодно, они тоже не в городе. Начинаясь от дворца Питти, они, как известно, уходят далеко от него, взбираются на окружающие горы, располагаются по скатам, и потом опять спускаются к долине Арно. Но это самое придаёт им особенную прелесть. В садах Боболи никогда не видно даже печати осени. Они вечно и вечно зелены! Изменили только некоторые деревья, принадлежащие переходной породе между северною и южною: тополи, платаны и проч. Но их не много: они здесь уже редкость. Бесконечные аллеи Боболи, то уходящие в глубину, то опять поднимающиеся на верх, то открытые во всю длину, то соединяющие свои вершины в тенистый свод, составлены сплошь из южных растений, которые не имеют даже привычки менять листья: это главным образом лавр и за ним leccio. Присоедините к ним ещё такой же неизменный кустарник, lentaggio и ogliastro, как называется он здесь, да множество вьющихся растений, которые ползут и по земле и по деревам, и вы поймёте, что осени тут почти не на чем дать себя почувствовать. Эти густые лавровые стены, которые провожают вас на всех изворотах, сохранили до сих пор всю летнюю свежесть; другие дерева и кустарники — точно также. Им недостаёт только летнего благоухания, растворения, чтобы очарование было полно. Но лучше всего большая аллея из кипарисов, которая ведёт к огромному мраморному бассейну со множеством разноцветных рыб. Кипарис своими чудесными формами рисуется больше в верхних её частях, а нижние закрыты густою зеленью других лиственных растений и разнообразятся статуями, которые расставлены с обеих сторон на небольших расстояниях. Когда же ещё сквозь эту массу зелени пробьётся золото солнечных лучей, тогда веришь не только лету, но даже и летнему жару, хотя и не чувствуешь на себе его тягости. Сойдя вниз и расположившись на открытом месте близь бассейна, поверишь этому ещё более
Но довольно и об этом. Боюсь наскучить вам моею вечною зеленью — вам, у которых постоянно перед глазами один белый цвет глубоких снегов. Если я так разболтался об этом явлении, то единственно потому, что до сих пор не могу получить к нему привычки. Еслибы вы только могли себе представить, как хорошо было в Боболи, например, 2 и 9 вашего декабря!