По смерти Николая, его сын, Джованни, остался главным представителем пизанской школы. Но он далеко уступал отцу в зодческих талантах и следовал совершенно другому направлению. Построенные им церкви носят на себе печать готического стиля; например, часовня св. Марии della Spina в Пизе: она стоит до сих пор на берегу Арно и напоминает своим миниатюрным видом и причудливыми украшениями ларчик немецкой работы. Другое его произведение — Campo Santo или знаменитое кладбище, больше соответствует своей цели и представляет форму четыреугольника с крытыми корридорами и внутренним двором. Это кладбище, усаженное кипарисами, есть один из любопытнейших музеев Пизы. Оно украшено древними саркофагами, надгробными памятниками средних веков и фресками флорентинских и сиенских живописцев. Сам строитель поставил здесь эмблематическую статую города в виде женщины с двумя малютками и поместил у её подножия четыре фигуры: мудрости, мужества, умеренности и правосудия. Впрочем эти изваяния кажутся угловатыми, сравнительно с статуями Николая Пизанского. Только раз сыну удалось превзойти отца, именно в отделке кафедры для церкви св. Андрея в Пистойе: здесь убиение младенцев и распятие изображены оригинально и драматически. Нужно заметить ещё, что Джованни был искусен в металлических и эмальных работах. Мастерство золотых и серебряных дел в Италии обязано ему, если не происхождением, то по крайней мере значительными успехами. Из учеников его прославились на этом поприще Августин и Анджело, уроженцы Сиены
Последним и величайшим представителем Пизанской школы считается мастер Андрей из Понтедеры (1270-1345), друг Джиотто. Но он принадлежит к этой школе только по месту своего рождения и воспитания. Вторым его отечеством сделалась Флоренция, где он работал, провёл бòльшую часть жизни, получил право гражданства и наконец умер. Дома ему нечего было делать. Пиза в это время пришла в упадок и потеряла свой флот при Мелории (1284), в сражении с генуэзцами . После этого несчастного сражения город уже не мог поправиться: внутренние тираны и соседи сокрушили его силу и свободу. Напрасно искал он защиты у германских императоров. Они приходили сюда только для того, чтобы брать с жителей контрибуции. В начале XV века Пиза, как мы увидим, была взята флорентинцами. Её великие мастера рассеялись ещё раньше. Из учеников Андрея его сыновья, Нин и Фома, остались в Тоскане, а самый даровитый художник, Бальдуччио, ушёл в северную Италию
Теперь не трудно составить понятие о заслугах пизанской школы. Ей неоспоримо принадлежит честь почина в развитии зодчества и ваяния. В этих двух отраслях искусства её представители были первыми учителями итальянцев. Что касается до живописи, она никогда не процветала в Пизе
{Флоренция и её старые мастера. Вестник Европы. СПб., 1869, № 8}