Скоро за успехами зодчества последовало в Пизе возрождение ваяния. Правда, в Италии ещё издревле держалась скульптура, но лучшие её предания были совершенно забыты. Мастера этого рода носили незавидное прозвище каменотёсов (taglia pietre) и бòльшею частью помогали зодчим отделывать капители колонн, да вырезывать на стенах грубые фигуры святых. Истинным родоначальником новоевропейских ваятелей считается Николай Пизанский. Он родился в начале XIII века (1205-1207). Откуда вышли его предки, из Сиены, как видно из документов, или из Апулии, как полагает Кроу, не берёмся решить; гораздо больше интереса представляет для нас собственная жизнь и деятельность этого гениального человека. Ещё 15-го лет от роду, он был назначен придворным архитектором Фридриха II Гогенштауфена и присутствовал при коронации императора в Риме, потом сооружал замки в Неаполитанском королевстве, где пробыл около десяти лет, и откуда отправился в Падую строить знаменитую базилику в честь св. Антония. Оконченная впоследствии по его плану, она имеет громадные размеры и представляет удачное эклектическое соединение разных стилей и в том числе восточного или магометанского, занесённого из южной Италии. Первый опыт Николая Пизанского в скульптуре есть мраморное изображение (рельеф) снятия со креста на боковой двери Луккского собора (1234 г.). Оно далеко превосходит грубые изваяния прежних каменотёсов, как по композиции, так и по отделке. Из Лукки Николай приехал во Флоренцию. Здесь гибеллины разрушали дворцы гвельфов и поручили ему, как своему единомышленнику, сбросить соседнюю башню фамилии Адимари на крещальню св. Иоанна, бывшую тогда кафедральным собором. Но он уклонился от вандальского поступка и сделал требуемый подкоп так ловко, что башня упала мимо крещальни**. Около двадцати лет продолжалась зодческая деятельность Николая в Тоскане и преимущественно во Флоренции, где им построены некоторые дворцы и церковь св. Троицы. В 1260 г., уже в преклонных летах, он снова обратился к ваянию и создал знаменитую кафедру из мрамора для крещальни в Пизе. До сих пор кафедры обыкновенно строились из саркофагов. Николай отступил от этой формы и украсил своё произведение пятью рельефами. Самый замечательный из них, по мастерству в постановке фигур, есть поклонение волхвов. Здесь ремесло каменотёса уже становится искусством и возвращается к древним преданиям. Очень вероятно, что Николай видел и внимательно изучил в это время какие-нибудь вновь открытые и привезённые в Пизу памятники римской скульптуры. Слава об нем скоро распространилась по соседним городам. Его пригласили в Болонью украшать барельефами раку св. Доминика, а потом в Сиену делать новую кафедру для тамошнего собора. Оба эти произведения сложнее и самостоятельнее первого опыта. Николай работал над ними вместе с своим сыном и учениками, набранными большею частью из Флоренции. Последние годы жизни он провёл в южной Италии, где строил, по просьбе Карла Анжуйского, в память его победы над Конрадином, аббатство, неподалёку от Тальяноццо. В это время жители Перуджии заказали великому мастеру сделать изваяния для городского фонтана, но он успел только составить план и заготовить рисунки, поручив выполнение самой работы сыну. Николай Пизанский умер в 1278 году. Труды его по части зодчества и ваяния ценятся высоко. Благодаря путешествиям и приглашениям, он оставил по себе следы во всей Италии и нанёс сильный удар варварскому и византийскому безобразию. Поэтому на него справедливо смотрят, как на одного из основателей новоевропейского искусства. Ни Дант, ни Шекспир, говорит лорд Линдзей, не имели такого обширного и продолжительного влияния на писателей, какое приобрёл Николай Пизанский на художников позднейшего времени. Он показал собственным примером, прибавляет Перкинз, где и кàк нужно учиться. Данное им направление чувствуется до сих пор. Если его и можно упрекнуть в том, что он брал свои образцы не прямо из природы, а у древних, во всяком случае его метода была рациональна, так как древние, которым он подражал, достигли, следуя природе, совершенства, а потому должны были сделаться воспитателями и руководителями христианских народов на поприще искусства
[* Деятельность пизанских скульпторов описана подробно в книге Перкинза, но приведённые им факты о происхождении Николая Пизанского оспариваются в истории живописи Кроу (History of painting I, 127-133)]
[** Villani, VI, 34; Trollope, History, I, 127]