III. Капелла Ручеллаи при церкви Сан Панкрацио. Джованни Ручеллаи пишет матери, что он снарядил два корабля и послал в святые места «инженера и нужных людей, чтобы снять точный план с гроба Господа нашего Иисуса Христа» и чтобы соорудить его копию в капелле, которую он строит для этого в церкви Сан Панкрацио. Надпись на гробнице свидетельствует о том, что постройка была закончена в 1467 г., а Вазари утверждает, что Альберти строил и капеллу и гробницу. Скептический Штегман («Архитектура Ренессанса в Тоскане» т. III), в данном случае без всяких оснований, подозревает участие Фанчелли и Бертини. Капелла состоит из двух помещений: алтарного, перекрытого двумя вспарушенными сводами, построенного, может быть, позднее каким-то эпигоном Брунеллеско, и помещения для гробницы, перекрытого цилиндрическим сводом. Эта часть капеллы, которая наряду с мавзолеем Малатесты является наиболее ярким образцом творчества Альберти, к сожалению, сильно искажена перестройками: в левой стене проделана низкая дверь, правая стена (в настоящее время сплошная, с новыми гипсовыми пилястрами и капителями) открывалась в соседнюю церковь через мощную арку, которая покоится на широком архитраве, опирающемся на две коринфские колонны между двумя столбами; весь этот портал перенесён теперь наружу, перпендикулярно капелле, и служит входом в бывшую церковь, отведённую под гражданское учреждение. В части капеллы, занимаемой гробницей, — очень своеобразные прямоугольные глубокие окна, сидящие под самым антаблементом, и связанные с ним густыми дубовыми гирляндами; капитель пилястров гораздо более «античная», чем в других приписываемых Альберти постройках. Самая гробница, которая, конечно, является вольной фантазией и не имеет ничего общего с иерусалимским памятником, украшена бело-чёрно-красной мраморной инкрустацией, надписями и розетками с эмблемами Ручеллаи и Медичи. Форма её в высшей степени своеобразна (верхний деревянный балдахин — позднейшего происхождения). Шлоссер считает её чуть ли не единственным подлинным творением Альберти, в котором сказались, по его мнению, весь его дилетантизм и всё его безвкусие. Всё же капелла в целом остаётся одним из самых оригинальных произведений этой эпохи, в котором, повидимому, действительно воплотился замысел несомненно творческой и, как бы мы её ни расценивали, чрезвычайно яркой индивидуальности
IV. Фасад церкви Санта Мария Новелла. С 1448 г. Джованни Ручеллаи откладывал деньги на окончание и украшение этого фасада, который, как во многих флорентийских церквах, был отделан только частично. Вазари приурочивает постройку к 1477 г. Судя по надписи на фризе, она была закончена в 1470 г. В данном случае Альберти снова должен был «помогать тому, что уже сделано, а не портить того, что предстоит делать». В нижнем этаже Альберти пришлось ограничиться центральным порталом, карнизом и поддерживающими его угловыми пилястрами, так как шесть ниш с саркофагами были неприкосновенными. Точно также пришлось в верхнем ярусе примириться с большим круглым окном, против которого Альберти так определённо высказывался при проектировании фасада Сан Франческо в Римини. Две большие волюты над боковыми нефами — дальнейший вариант сегментообразных полуфронтонов, получивших широкое применение в эпоху барокко. В целом композиция фасада — гибридное сочетание «проторенессансных» (прямоугольные инкрустированные филёнки, разноцветные пилястры), готических и чисто ренессансных форм. Что же касается вопроса о степени участия Альберти, а в связи с этим и о качестве произведения, мнения опять-таки резко расходятся. В одной монашеской хронике того времени (Фра Джованни ди Карло в посвящении Ландино «Жития монахов Санта Мариа Новелла») автором называется Альберти, в другой, стихотворной (Фра Доменико ди Корелла), — скульптор Джованни Бертини (или Беттини), на которого исследователи по мере надобности взваливают те или иные усматриваемые ими недостатки в композиции или в деталях этого фасада