Гирландайо принадлежит к числу художников, творчество которых можно изучить исчерпывающим образом, не покидая почвы Флоренции. Здесь нет почти ни одной церкви, ни одного музея, где бы он не был представлен. Его полотна всегда велики разработаны в мельчайших деталях, а по краскам простовато-пестры. Фигуры святых, Богоматери и ангелов Гирландайо пишет всегда во весь рост, в естественную величину. Его образы редко трогают, редко говорят непосредственно нашему чувству. Чаще они чопорны и принуждённы: в жестах нет свободы, а с лиц не сходит условная миловидность. В картинах Гирландайо нет пафоса ни религиозного, ни художественного. Он кажется только добросовестным, прилежным и примерным тружеником
Но стоит увидеть фреску того же Гирландайо, как совершенно изменится мнение о нем, как о художнике, сложившееся под впечатлением его картин. Область фресковой живописи — это настоящее поле деятельности Гирландайо. Здесь он чувствует себя более свободно, проявляет свой вкус, чувство меры, умение строить картину. Но тесные пределы, поставленные ему природой его неглубокого таланта, дают о себе всегда знать. Гирландайо высоко интеллигентный художник; он никогда не выходит из пределов для него достижимого
Отличительной чертой фресок Гирландайо является то, что они все построены по шаблону картин. Стену, отведённую для живописи, он или делит на несколько больших прямоугольников, или, как в Сан-Джиминиано, всю целиком обрамляет рамкой и потом вписывает в неё картину. Каждый полученный прямоугольник Гирландайо заполняет изображением непременно какого-нибудь действия и выискивает возможность передать его не на открытом воздухе, а внутри дома или храма. Он как будто боится, что не справится с верной передачей предметов в замкнутом с трёх сторон пространстве. Он боится не найти правильного угла зрения для изображения ландшафта, перспективы улицы. Но и его изображения комнат не отличаются особым богатством, разнообразием, не поражают убедительностью. Стены и арки, лестницы и просветы, несмотря на богатую орнаментацию, часто напоминают гладкую стену, декорацию, поставленную для того, чтобы чем-нибудь заполнить фон картины
Почти всю свою жизнь Гирландайо писал повествовательные фрески. Его большие циклы в Santa Maria Novella — это эпизоды из жизни Девы Марии и Крестителя. Между тем рассказ Гирландайо нас не трогает; нас интересует в этих фресках всё, за исключением сюжета. Интересны его портреты, интересны подробности флорентийского быта, но не интересна сама живопись, не интересно искусство Гирландайо — «умение» писать картины
Чтобы выяснить эту сторону творчества Гирландайо, ограничимся рассмотрением двух его «Тайных вечерь» во Флоренции
В трапезной San Marco Гирландайо написал одну из них, будучи зрелым художником, но не смог избежать влияния Фра Анджелико. Как художник, Гирландайо остался и здесь верен себе, но всё же эта фреска — исключение для Гирландайо и лучший пример силы влияния на художников чистого, глубокого искусства Фра Анджелико. Кажется, что когда Гирландайо работал в стенах San Marco, он вдруг понял основную задачу фресковой живописи, понял, что во фреске художник должен повествовать о чем-то важном, значительному должен говорить о высшей, хотя бы только художественной, правде. Внутренняя просветлённость фресок Фра Анджелико научила Гирландайо той простоте и цельности, которыми дышит его фреска в San Marco: это однородное и живо-прочувствованное произведение, в нем есть настроение. Созерцая эту фреску, не тратишь внимания на детали, а сосредоточиваешься на центральной фигуре Иисуса и Иоанна. Не запоминаешь порядка размещения в этой фреске апостолов, не видишь архитектурных подробностей. Здесь все сведено к одному центру — к фигуре Иисуса, все лица живут одним и тем же чувством