Кроме фресок Филиппо Липпи, в соборе Прато путешественникам показывают мраморную кафедру, исполненную Мино да Фьезоле и Антонио Росселино. Эта элегантная работа кажется немного пустой и внешней; она мало вяжется с серьёзностью и простотой общего характера церкви. С более искренним удовольствием здесь хочется рассматривать скромную и душевную вещь другого флорентийского скульптора — терракотовую мадонну Оливок, Бенедетто да Майяно. В соборе есть ещё и живопись многочисленных джоттесков, местами посредственная, как фрески Аньоло Гадди в той капелле, где хранится реликвия Прато — пояс Богоматери, местами, как, например, Введение во храм, приписываемое Герардо Старнина, совсем недурная. Если эта фреска действительно принадлежит ему, то можно охотнее поверить, что он был учителем Мазолино и таким образом отдалённым предшественником кватроченто
Фрески джоттесков довольно многочисленны ещё в другой церкви городка, в С. Франческо. Здесь они мало интересны, но, как всегда, глубокое и сильное впечатление оставляет сама церковь, построенная первыми францисканцами. Такие францисканские церкви действуют на душу неизменно отрадно, — их гладкие стены, ясный план, просторность и отсутствие лишних украшений дают им право называться Божиим домом больше, чем всяким другим итальянских храмам. При большинстве из них сохранились чудесные монастырские дворы. Двор С. Франческо в Прато засажен оливковыми деревьями. Чья-то ренэссансная гробница заставляет вспомнить, что он столько веков служил кладбищем, но невольно хочется здесь воскликнуть: «Счастливое кладбище!»
Прато так невелико, что выйти за город можно в несколько минут. Дорога идущая в Фильине, очень скоро приводит к ломкам мрамора, того самого местного тёмно-зелёного мрамора, который часто употребляется для тёмных полос в тосканских постройках. Он так и называется Verde di Prato [Зелёный из Прато]. Место, где его добывают, оказывается небольшой горой, усеянной ямами, обломками, следами выработки. Тощие южные сосенки растут на её вершине. Оттуда открываются дымные ущелья Апеннин, а ближе внизу белеют дороги, фермы, виднеются сады и линии кипарисов, огораживающих пригородные виллы. Взбираясь на гору, можно подобрать по пути сколько угодно кусков зелёного мрамора. Они попадаются разных оттенков, от почти чёрного до малахитового, до яркого, как бронзовая патина. Эти куски хорошо сохранить, чтобы там, на родине, взглянуть на них и вспомнить сразу маленький городок и полосатые церкви, где белый мрамор чередуется с Verde di Prato, чтобы вспомнить эти не очень красивые стены, но милые навсегда, как образ Тосканы
{Образы Италии. Том I. Издание Научного Слова. Москва. MCMXI. Типо-литография Т-ва И.Н. Кушнерев и Ко. Пименовская ул., соб. д. All amicizia di B.K.Z. dedico questo libro — un ricordo dei giorni felici [посвящение Борису Константиновичу Зайцеву] (примечание по изданию 1994 года (Москва, издательство «Республика»)}