Если к этому прибавить, что и Лукка готовится к предстоящей избирательной борьбе (выберет-то всё равно клерикала!), то тем жизнь городка и исчерпана. Есть впрочем книжный магазин; в его витрине имеется «Очерк истории города Лукки», книжка стихов покойного «Джованни Пасколи», уроженца этой провинции, и даже французский томик «La morale de Paris»
Вот и всё. О, нет! Далеко не всё, если бы только я умел рассказать о прохладе луккезских церквей, стариннейших и любопытнейших, о чудесной скульптуре Якопо делла Кверча, о крестильной купели и паре фресок в Сан-Фредиано. Но… случается нехорошо, если простодушный бытописатель начинает говорить возвышенным слогом
А вот стены Лукки, которые правильнее было бы называть крепостным валом, действительно неподражаемы и единственны, подобно каналам Венеции. Городок церквей и башен они окружили кольцом высоких тополей и платанов, которыми густо обсажена проложенная во всю ширину и на всё протяжение стен аллея. Рано утро и на закате здесь прекрасно; кругом горизонты заслонены далёкими горами. За-то поздно вечером хорошо только в неосвящённой части аллеи да на заросших бастионах; в главной же части стен, как полагается, горят фонари, гуляют семейства, и, вероятно, иногда играет скверный оркестр музыки. Лукка современной цивилизации не отрицает. Получается пошлый бульвар уездного города
В Лукке прощаюсь с жизнью городской, имея счастье направляться туда, вверх, откуда так прекрасно видны Апуанские Альпы. В тех краях, и именно в коммуне Барга, родился, жил и умер поэт деревни, немножко сантиментальной Пасколи
Он так славно писал о белогрудых ласточках, так умел в стихах передразнить всех пернатых, что особенно туда тянет убежать от только теперь начинающейся римской жары, пизанской мертвечины и луккезской скуки. А античные церкви с прохладой и мраморами проторенессанса и там найдутся. Нужно только захотеть, — и любое местечко Тосканы даст вам наслаждение по вашему выбору
Лукка, 13-го августа
{Русские ведомости. 23 августа 1913 года, № 194}