Понеже убо полграда добре якоже Богу угодно исправися им, а другая половина пребываше не точию преслушая и противляяся божественным оного поучением, но и враждоваше ему и досажаше безчестно и наветоваше ему толико, яко замазати брусок человеческим калом, на нем же обычай опиратися руками стоя и изливая людем струя учением, он же Спасову кротость и долготерпение ко всем подражая вся терпяше доблественне, многих исправление жадая, сего ради ни самех, иже во властех церковных суть, а не апостолоподобне живут и о пастве Спаса Христа не пекутся, якоже лепо, ниже тех хваляше, но без страха обличаше прегрешениа их и глаголаше часто: аще бы мы жительствовали достойно Евангелию Спаса Христа, вся убо всяко иноверныя языки обратилися бы ко Господу, зряще наше равноангельно житие, и было убо бы нам сие во спасение велико и наслажение вечных благ, ныне же супротивно евангельских заповедей живуще, и ниже себе исправляем, ниже иных ко благочестию руководити печемся, что ино слышати чаем от праведнаго Судии разве сего: горе вам, книжницы и фарисеи лицемери, яко затворяете царства небесное пред человеки, сами не входите и хотящая внити возбраняете им [Матф. 23, 13]. Сия глаголя не обинуяся и еще ж жесточайшими сих словесы зазирая удивляемому у них папе и сущим о нем кардиналем и прочему причту их, большия ненависти и вражды вину дал на себе возненавидевшим изначала священных его учений, еретика бо его и хульника и лестьца нарицаху, аки отверзша уста своя на священнаго их папу и всея церкви римския
Дойде же и до Рима сицевый о нем слух и папу и сущаго о нем причта зело смутил, яко и соборную их заповедь послати ему, заповедующи ему не учити люди Господня, уподобившися глаголющим в деянии святых апостол: но да не на множае распрострется в людех, прещением запретим им не глаголати к тому о имени сем ни единому от человек. Такова убо советоваша они и тако ему заповедаша, приложивше в соборном их писании, яко аще не престает прочее, и проклят будет от них яко еретик; он же не точию не послушал беззаконных совет сицевый, но наипаче разжежеся болжественною ревностию и соборное их послание неправедно и Богу неугодно обличаше аки не повелевающе ему не учити во церкви верных. И сего ради множае пребываше обличая их беззакониа, уже бо, якоже лепо есть мыслити мне, судив себе и умрети за благочестие и Божию славу, аще потребно будет. В них же бо аще возгорится огнь ревности, яже по Бозе, не точию имений и стяжаний, но и самое житие презрети творит. И свидетель неложен сам Господь глаголя: желанием возжелех сию пасху ясти с вами [Лук. 22, 15], сие же глагола, елма хотяше вкусити яко человек смерти за славу Бога и Отца своего и за человеческое спасение. И сам Христов теплейший рачитель и ревнитель Павел глаголя: желаю разрешитися и со Христом быти [Филип. 1, 23]; и паки: мне же еже жити Христос есть и еже умрети приобретение [Филип. 1, 21]
Елма же иже о папе не престаху претяще ему и всяким образом оттръзающе учительнаго седалища, такожде и он пребываше не послушая их и неправдования их обличая, смерти его предати совещаша, еже и сотвориша тем образом: избравше некоего зенераля, именем Иаким, зельнаго по их совету, послаша и вооруживше его областию папиною низложити его от власти игуменскиа и испытавшу его смертию осудит, яже огнем, аки непокорива и досадителя и клеветника апостольския римскиа церкви. Пришед же он во град Флоренский и показав большим града начальником грамоты папины, поставил его на судилище и мучительски испыташе его и оному со дерзновением отвечающу противу всех лукавств неправеднаго испытателя и судии не могущу обвинити его, свидетели лживи от части беззаконных и непокоршияся учениом его восташа на оного преподобнаго и неповиннаго казателя града их носяща нань тяжчайша их и неправедных оглаголаний, им же повинувшеся неправеднии они судии сугубою казнию осудиша его и ины два священныя мужа, споспешники его, на древе повесивше, таже огнь возгнетивше под ним, сожгоша их