Выходя, приметил я у дверей большое смятение. Иные смеялись, другие бледнели и все разговаривали по придворному, друг с другом на ухо. Хотелось мне узнать причину сего волнения, и один доброй старик вывел меня из недоумения. Часовой, говорил он, написал камнем на дверях тронной: да здраствует Фердинанд III. То наше общее желание и совсем не для чего было портить для того двери. Достоинство, прибавил он, ни мало не лестное, царствовать над народом, который тебя не хочет, и иметь стражей, кои не любят тебя
Дворцовые сады мне весьма полюбились. Они обширны и разнообразны. Тысяча дорожек ведут излучинами к длинным аллеям, где всегда мрачные тени и прохлада от солнечного зноя; зелёные холмы одеты густыми рощами, промежду коих видны отдалённые окрестности. Кипарисы осеняют шумящие воды. Здесь в цветущем саду Время уносит Юность; там Любовь прячется между деревьями; далее простые надгробные памятники
Академия Художеств заведена великим Герцогом Леопольдом. Как дарования не терпят никакой принуждённости; то в ней во всём полная свобода. Нет ни одного в ней воспитанника; но дверь её открыта для каждого во всякое время. Часы распределены для разных учителей. Юношество находит в готовности всё для учения, и должно приносить с собою только добрую волю и прилежание. Всякие шесть месяцов раздаются от Правительства награды. Всякие три года бывает торжественное собрание. Отличившийся успехами может получать содержание для путешествия по другим Государствам. Теперь в сей Академии до четырёх сот учеников
Не удивлялся я, что молодые люди делали из Венеры и Аполлона Циклопов и Гарпий; но не мог без негодования видеть, что живописцы давали ученикам списывать свои собственные произведения вместо Рафаэлевых арабесков и других лучших картин, кои лежали перед ними в пыли
Не буду описывать несчётных богатств домовой церкви древних Медицис, коей стены выложены драгоценными камнями и где их гробы. Она столь великолепна, что до сих пор не могла быть достроена
В ней видны четыре мрамора, коими Микель-Анж хотел представить утро, день, вечер и ночь. Он их не кончил, и ни чей резец не посмеет дотронуться до них, так, как никто не окончит поэмы, начатой Ломоносовым
В Флоренции дом сего великого Художника. Живописцы хотели передать потомству память своего почтения к его имени, изобразив там лучшие черты его жизни <…>
{Путешествие по Саксонии, Австрии и Италии в 1800, 1801 и 1802 годах. Часть третия. В Санктпетербурге в Медицинской Типографии. 1805}