Образование коммуны, её первоначальные учреждения и жизнь
Хотя Флоренция не стояла у моря и была отрезана от прямого участия в торговле с Левантом, но первоначально дружественные сношения с Пизою, ставшею крупным центром мирового обмена, установили хороший сбыт туда для её сельских, а затем и обработанных продуктов. С другой стороны, Флоренция находилась на очень выгодной сухопутной дороге, шедшей из разных стран сев. Европы в Рим. По ней двигались германские и итальянские войска, проезжали папские и имперские послы, шествовали тысячи пилигримов, а за ними и купцы. Проходя мимо Флоренции, это движение насаждало в ней промышленные влечения и деловые склонности, воспитывало трудовые навыки, а воспоминания римского корпоративного строя давали подходящие формы для организации труда и укрепления социальной солидарности. Население города группировалось во множество больших и малых ассоциаций, ремесленных и торговых, подобных древним scholae, collegia, существование которых можно проследить через всё средневековье. Общие коммунальные учреждения сложились во Флоренции позже, чем в Венеции, Генуе, Амальфи, даже чем в других городах Тосканы, потому что ей выгодно было соблюдать покорность маркграфам, чтобы опираться на них против посягательств мелких феодалов. Городская милиция, сначала служившая сениорам, становилась средством для завоевания независимости. Уже при жизни Матильды гражданство с мечом в руке восставало против своего епископа (1063), и власть последнего поколебалась. Высшее управление в городе принадлежало учреждению (municipale praesidium), во главе которого стояло лицо (potestas), творившее суд по поручению маркграфа; но заседателями в этом трибунале были выборные от граждан. Мало-по-малу активная роль первого ослабела, а значение последних возрасло; феодальный обычай вытеснялся, под влиянием муниципальных юристов, нормами возрождавшегося римского права. К началу XII в. коммуна на деле уже существовала в своих элементах; ей надобно было только объединиться, установить правильные органы и отстоять себя против рыцарского дворянства окружающих высот. Это было достигнуто в том же веке без резких переворотов, в силу дальнейшего роста и влияния корпораций, одержавших победу над феодалами долины Арно. Главными и раньше всех усилившимися из флорентийских промышленных коллегий были следующие 7 «старших цехов» (arti maggiori): 1) суконщики (callimala), называвшиеся также «купцами» по преимуществу (mercanti), так как выделывавшиеся ими в большом количестве тонкие сорта сукон стали главным предметом торговых оборотов Флоренции; 2) менялы (arte del cambio); 3) шерстяные ткачи (arte della lana); 4) производители шёлковых материй; 5) скорняки и меховщики; 6) врачи и аптекари, обогащавшиеся лекарственными продуктами Востока (это было уже нечто среднее между ремеслом и наукою, «учёный цех», так же как и следующий); 7) юристы — судьи и нотариусы (очень важная корпорация в городе, где необходимо было развитие торгового права). Все указанные отрасли промышленности достигли высшего процветания в XIII и XIV вв.; но они зародились гораздо раньше и во всяком случае существовали с начала XII в. Особенное значение рядом с суконщиками приобрели менялы (банкиры). Денежный торг ярко характеризует экономическую жизнь Флоренции; её купцы ссужали золотом государей и знатных людей, получая хороший процент, но и приучая к кредиту. Цехи (arti) выдвигали из своей среды руководителей муниципальной юстиции и вождей городской обороны. Когда распалось большое феодальное княжество, которому была подчинена Флоренция, главари фамилий, которые обыкновенно заведывали судом и войною, неся эти обязанности от имени маркграфов, стали отправлять эти функции уже от имени города, обратившись в коммунальных «консулов». Это давало городу свободу и единство, с сохранением автономии корпораций, так как каждый консул был представителем своего цеха. Образовался «совет» (consiglio) из 100-150 именитых граждан, выбиравшихся главными корпорациями — нечто вроде «сената» новой республики (buoni uomini); они стали выбирать консулов и заведывать все вместе администрациею. В особо важных случаях это правительство, чувствуя потребность одобрения большинства, созывало народ (il popolo fiorentino) звуками колокола на общее собрание (a parlamento). Таково было устройство, выработанное к концу XII в., чтобы оградить общину от беспорядка «добрыми обычаями и статутами». Власть императора мало давала себя чувствовать, так как викарий его в Тоскане не имел под собою реальной опоры. Но в состав городского населения входил дворянский элемент, образовавшийся из разорённых рыцарей, давно перебравшихся под защиту городских стен, а также баронов, недавно выбитых горожанами из своих замков и принуждённых переселиться внутрь ограды, чтобы быть под глазами победителей. Собравшись, они вновь почувствовали себя сильными, стали строить друг около друга укреплённые дома, занимая целые кварталы, и сплотились в особые товарищества благородных (nobili) для взаимной защиты (companie, consorterie, societa delle torri). Фамилии Уберти и Буондельмонти были между ними самыми видными. Благодаря бòльшей военной опытности, они заняли важное место и в городской организации, составив главный элемент в войске коммуны. Начальником этого войска (podestà) выбирался обыкновенно дворянин; он (кон. XII — нач. XIII в.) стал захватывать судебно-административную власть, стремясь стать выше совета консулов. Борьба между феодальною аристократиею и городскою буржуазиею возобновилась на улицах Флоренции и тянулась через весь XIII в., сопровождаясь нередко жестокостями. Это привело город к вмешательству в великую распрю гибеллинов и гвельфов: рыцари примыкали обыкновенно к имперской партии, вожди цеховой буржуазии — к папской. Флоренция поддерживала в Италии ту или другую партию, смотря по тому, которая восторжествовала в её внутренних делах. Гражданство выдвигало свою пешую милицию против рыцарской конницы; во главе первой стал capitano, который приобрёл и судебные права. К концу XIII в. победа склоняется на сторону буржуазии. В 1282 г. совет 14, который сделался первым учреждением города в эпоху усиления дворянства (перв. полов. XIII в.) и состоял главным образом из рыцарей, был заменён «советом приоров», выбиравшихся из состава старших цехов. Новые сановники получили наименование «синьоров» (господ), всё учреждение — «синьории» (совета господ). Благородные оказались вытесненными из общего управления городом, хотя рядом с реформированным устройством некоторое время продолжало существовать старое: суд «капитана» — для буржуазии, суд «подесты» — для дворянства. Преобразование было закончено в 1293 г. так называемыми «ordinamenti di giustizia»: по предложению Джано делла Белла учреждена была особая должность главы совета приоров, получившего громкое имя «знаменосца правосудия» (gonfaloniere di giustizia). Он выбирался «народом из народа», т.е. был, в качестве как бы «президента» республики представителем правящего класса (цехового гражданства). Новая правящая группа, сильная не только богатством и властью, но и просвещением, стремится устроить государство на началах свободы и разума и создаёт основы тех форм, в которых кристаллизуется впоследствии социально-политический и духовно-культурный организм современных народов: вот в каком смысле называют Флоренцию «яйцом нового мира». Описанный переворот сопровождался новым материальным расширением города, население которого дошло уже до 100000; он перерос и вторые стены и в 1285 г. был обнесён третьею оградою (terzo cerchio), от которой до сих пор остаются ворота, часть стены на левом берегу, а направление их на правом обозначается линиею новых бульваров (viali). Φлоренция той эпохи не представляла собою блестящей столицы роскоши и искусства, какою она станет во времена ренесанса. Город носил ещё мрачный характер средневековья, с сетью узких, извилистых переулков, окаймлённых высокими домами, без украшений, с редкими решётчатыми окнами на улицу. Целый лес башен венчал укреплённые жилища магнатов. Люди ещё не привыкли к роскоши и не потеряли простоты нравов (Флоренция жила «sobria е pudica», как говорят и Данте, и Виллани). Скудость средств характеризовала быт большинства граждан: приданое в 100 лир было типично в буржуазии, в 300 — уже составляло хорошую партию (dota isfolgorata). Но создавшееся уже богатство главарей общества, обогащение самой коммуны и подъём её патриотического самосознания давали знать о себе первыми великолепными памятниками, которыми правительство, поддержанное населением, украсило город — величественною ратушею, palazzo Vecchio (1298) и огромным собором S. Maria del fiore, на piazza della Signoria, главном центре политической жизни республики (1296). Высшие классы чувствовали необходимость знаний: приоры окружали себя юристами. Общество уже увлекалось литературою. Настроение большинства оставалось религиозным: в городе было множество церквей и монастырей, среди которых особенно внушительны были францисканская и доминиканская святыни — Santa Croce и S. Maria Novella. Уже тогда зарождалась страсть к искусству, которая стала впоследствии отличительною чертою флорентийского народа