Естьлиб История забыла сей город и судьба его не была нам известна из Летописей; то увидев здесь огромные, все из мраморов, здания, не льзя бы было не думать, чтоб и он прежде не имел своей очереди, не был бы, как и другие, богат и славен
Четыре строения на отдалённой площади привлекают всё любопытство. Во первых башня: она круглая, вышиною в двадцать пять саженей, а около неё столпы в восемь рядов одни на других. Вcя она так наклонилась и столько повисла, что всякую минуту грозит, кажется, падением. Но без сомнения падёт ещё много престолов прежде, нежели ниспровергнется сие здание, падущее более шести столетий
Самому тебе предоставляю решить довольно бесполезный вопрос: земля ли осела с одной стороны под сею башнею, или странная наклоненность её от прихоти только художника?
Когда на неё всходишь, то кажется, что на каждом шагу все окрестности с тобою вместе восходят и опускаются
Обширная соборная церковь вся из мрамора, в готическом и лёгком вкусе. Но не мраморы, добыча городов, покорённых древними Пизанцами, в глазах моих главное украшение храма сего, а бронзовые двери, его затворяющие. Работа на них удивительна. Представлены страсти Спасителевы. Рассматривая медь сию, легко подумаешь, что в самом деле Он здесь под крестом изнемогает, и что в самом деле Мать его проливает слёзы в горести любви. Они, говорят, сделаны Иоанном Болонским
Возле сего храма другая громада мрамора, так называемая круглая церковь. Эхо нигде столь верно не подражает грому, как под сводами сего здания
Пизанцы некогда принесли сюда несколько пуд земли из Иерусалима, положили её на кладбище и назвали его Святым Полем. Ограда около сего места вся из превосходного мрамора. Стены внутри покрыты древнею живописью и обнесены прекрасными портиками. Под ними гробы, памятники, надписи и глубокая тишина, и уединение, ничем не возмущаемое. Здесь погребён славный Альгеротти. Фридерик II. поставил ему на счёт свой памятник с надписью: Альгеротти не весь во гробе
Не можно себе представить, какое впечатление делает в сём городе вид мраморных мостов и домов по таким улицам, по коим трава растёт, целой день иногда никто не проходит, и часто не кому очистить гниющей воды
Чувство сие заставило меня скоро отселе уехать, не смотря на всё великолепие, на приятное местоположение Пизы, и на окрестности её, воспоминающие зрителю остров Калипсы
Два раза был я в здешнем Университете и два раза находил одни стены. Учебные лекции, дабы не утомлять внимания Профессоров и слушателей, обыкновенно продолжаются не более четверти часа. От того ни на одну не поспеешь
До сих пор ещё стоит башня, где Граф Уголино заключён был с детьми и умер с голоду. В ней невольно приходят на память стихи Дантовы:
Ond’I’ mi diedi
Gia cieco a brancolar sovra ciascuno,
E tre di gli chiamai poiche fur’ morti
Тогда уже потеряв зрение, трепещущими руками искал я каждого сына, и призывал их к себе три дни ещё после их смерти
{Путешествие по Саксонии, Австрии и Италии в 1800, 1801 и 1802 годах. В Санктпетербурге в Медицинской Типографии. 1805}