Так вот чем оказался примечателен монах из Сиены для Брюллова! Известно, что художника живо интересовали природные явления. Наблюдая в Италии солнечное затмение, он даже хотел изобразить его на холсте. Вышедшему из стен Академии художнику задуманная картина представлялась в форме аллегории на темы античной мифологии (сохранились карандашные наброски* к ней). Пути колесниц Аполлона — Солнца и его сестры Дианы — Луны пересекаются в небесах, и Диана, обнимая и целуя на лету брата, заслоняет собой окружающий Аполлона солнечный диск. Но Брюллова интересовала и реальная механика солнечного затмения. Среди его рисунков в частном собрании в Риме есть лист со схематическим наброском орбит планет, вращающихся вокруг Солнца** <…>
[* Поцелуй Дианы и Аполлона. Аллегория солнечного затмения (бумага, графитный карандаш). Собрание графики А. Бертарелли. Милан, замок Сфорца]
[** Схематический набросок орбит планет Солнечной системы (бумага, карандаш). Собрание Титтони. Рим]
Несколько слов о самом основателе ордена, известном больше под итальянизированным именем Джузеппе Калазанцио. Как говорится в подаренной мне во Флоренции книге, он «совершенно особым образом отличается от других святых». Ему, родившемуся в 1557 году в семье идальго (то есть не имевшего поместья дворянина), отец прочил военное поприще. Но тот чувствовал в себе иное призвание и, получив юридическое и теологическое образование, стал священником. Приехав в Рим, он посвятил себя служению самым обездоленным слоям населения Вечного города. Всюду сталкиваясь с проблемами, порождаемыми нище- той, видя на улицах грязных и оборванных, живущих если не воровством, то попрошайничеством ребятишек, священник задумывается о том, как по- мочь им выйти в люди. И в 1597 году открывает первую подлинно народную, бесплатную школу для детей бедняков
Вслед за ней такие же школы создают в городах не только Италии, но и других стран Западной и Центральной Европы. Калазанцио разрабатывает для них устав и программу занятий, включающую общеобразовательные предметы. Основанные школы считаются прообразом современного начального образования, а сам он — святым покровителем учителей. Его биографы утверждают, что на сей подвиг Калазанцио вдохновило чудесное явление Богородицы. Не забудем, однако, что он — современник таких своих соотечественников, как Сервантес, Лопе де Вега, Кальдерон, если называть лишь самых знаменитых представителей Золотого века испанской культуры
Как всякий первопроходец, Калазанцио столкнулся с множеством трудностей: не хватало финансовых средств и людей, способных стать школьными учителями, приходилось преодолевать сопротивление влиятельных кругов, считавших, что «чернь, получив образование, выйдет из повиновения властям». Если на первых порах кое-кто был склонен видеть в нём этакого Дон-Кихота, перебравшегося из Испании в Рим, то по мере того, как его дело приобретало размах, а возглавляемую им конгрегацию пре- образовали в полноправный орден, появлялись завистники. Жизнь церкви не лишена интриг. Так, иезуиты усмотрели в Калазанцио и его сподвижниках соперников по борьбе за души молодёжи. Однажды, по ложному навету, ему даже пришлось предстать перед церковным судом. Вспоминая этот эпизод, он писал, что испытал чувство стыда не тогда, когда его арестовали на глазах учеников и вели под стражей по улицам города, а когда, оправданный судом, возвращался в свою обитель в богатой карете, присланной покровительствовавшим ему кардиналом. Но недруги не унимались. При очередной смене на папском престоле орден отцов благотворительных школ был упразднён. Два года спустя, в 1648 году, Калазанцио, пребывая в немилости, скончался. Говорили, что, умирая, он твёрдо верил в возрождение своих школ