Провели лучший за всю поездку вечер. Все десять. Хороший и весёлый вечер. В Монтепульчиано въехали через готические ворота, как на сцену, как в оперу, а Ромео просто куда-то на минутку вышел. Так выглядел освещённый фонарями городок. Отель в Пьенце с его коваными фонарями незабываем
Перуджия, 9 декабря
Холод собачий. Идёт снег. Едем в Пьенцу. Городок крошечный — одна площадь и улочка. В Пьенце я разглядел интересную вещь в Palazzo Piccolomini. Профиль вписывается в общую форму гуська, вала или каблука — повторяет эту форму в поддерживающей части. Надо будет проследить это на других памятниках
Площадь в Пьенце мала до удивительности, хотя я и знал, что она крошка. Вообще у меня было преувеличенное представление о масштабности ренессансной архитектуры (это относится и к флорентийским площадям) кроме Питти, которое производит дикое впечатление
Ужасно, что я весь день не могу рисовать, холод, идёт снег. Я вдребезги простужен, пью арканоль и ужасно себя чувствую. Простудился в S. Gimignano, делая акварель. Темнеет в 4–5 часов, и рабочего времени очень мало
Замечательные фрески в Сиене Simone Martini — вещи нужные, о которых придётся рассказать нашим художникам <…>
Во всей итальянской — ренессансной и более ранней архитектуре огромное количество исторически сложившихся строительных навыков, чувства природы, пластического ощущения измельчающейся кверху формы (окна Кампаниллы), наивных и откровенных комбинаций нового с существующим и восторга перед открытыми классическими деталями. Ювелирное понимание их, сосредоточенная рассеянность следования каким-то внутренним путям, огромное внимание к не относящимся к теме пустякам (кентавры в «душах чистилища» Беллини, двери в баптистерии во Флоренции, вся Пиза) и вместе с тем составляющим тему, и строгая ясность Bernardo Rosselino, переходящая в каноническую тупость Палладио. И взяв его каноны, мы начинаем их приписывать ни в чем не повинным Брунеллески и Браманте. Их наивность мы принимаем за хитроумие. Ведь, говоря по совести, с точки зрения органической работы античных деталей, фасад капеллы Пацци — дикая вещь (такая же нелепость, как надгробие Росселино, о котором я говорил выше)
Начинает приходить в голову сравнение Пизы и готики (с её извилистой текучей мыслью) с Марселем Прустом
Урбино, 11 декабря
Вот и закончилась сегодня вечером наша автомобильная поездка по Средней Италии — 920 километров, 6 дней и не помню сколько городов <…>
В Ареццо наконец увидел долгожданного Pierro della Francesca. Я помню в Лондоне в National Gallery я увидел его впервые, не зная о его существовании. Со мной случился столбняк перед его вещью, я не мог уйти. Всё, что я видел здесь из его вещей, — замечательно, но не поднимается до той силы, которой проникнута его лондонская вещь. Фрески в Ареццо — может быть, они были плохо освещены в этом сарае, именуемом церковью, — только меня они не захватили так, как я этого ждал. Возможно, что я слишком долго готовился к этой встрече <…>
{Письма. Дневники. Беседы с аспирантами. Суждения современников. Серия — Мир художника. Москва, Искусство, 1980}