В Тоскане в первой половине XVI века процветал Петро Фортини из Сиены. Но этот новеллист был открыт эрудитами и библиофилами лишь в очень недавнее время. Только около 1890 года было впервые издано полное собрание новелл Фортини. Отдельные его новеллы стали печататься начиная с конца XVIII века. Итак, Фортини был известен своим современникам лишь в рукописи, и слава его не выходила за пределы родной Сиены. В этом он повторил пример своего предшественника, Джентиле Сермини. Много общего с Сермини есть в новеллах Фортини, и много общего, вероятно, было в характерах этих двух сиенских dilettanti. Жизнь Фортини мало известна, и, кажется, большую часть её он провёл в приятном бездействии на своей вилле Моначано, близ Понтиньяно
Новеллы Фортини долгое время не опубликовывались вследствие их крайней непристойности. Этот новеллист был едва ли не наименее целомудренным из всех новеллистов Возрождения. He следует думать, однако, что новеллы Фортини похожи на грубые и нелитературные анекдоты неаполитанских рассказчиков, в роде Морлини и Базиле. Тонкостью чувства Фортини стоит даже выше, чем его соотечественник Сермини, и выше многих других новеллистов чинквеченто. Но Фортини, так же как Сермини, был настоящим эротическим писателем. Сиена, таким образом, дала самую ясную эротическую ноту в новеллах Возрождения. К эротическим писаниям нельзя отнести ни новеллы Банделло, ни новеллы Граццини. Весь богатый эротический опыт жизни не сделал Мольцу эротическим новеллистом, и только в рассказах Фиренцуолы есть постоянное эротическое чувство. Эротизм Фортини явствует из каждой написанной им строчки
Вместе с тем, Фортини был очень оригинальным и одарённым рассказчиком, гораздо более одарённым, чем Сермини. В свежести его прозы есть иногда что-то до странности современное. Повествования Фортини содержат высшую меру свободы от всякой подражательности Боккаччио или другим новеллистам. В них всегда чувствуется, что они написаны для себя и по-своему. Редкая наблюдательность Фортини заставляла его видеть в жизни тысячу разных вещей, которых не видели другие новеллисты. У него была необычайная для того времени описательная способность. Новеллы Возрождения не раз разочаровывают скудостью живописных подробностей и маленьких черт, которые одни могли бы восстановить перед нами полную картину минувшей жизни. Фортини никогда не доставляет такого разочарования. Менее чем какого-либо другого новеллиста его занимала фабула. Он не считал комедию главной своей целью, как считали её флорентийцы. Он не нуждался в трагедии и не находил вкуса в чувствительных и слезливых историях. Он стремился вызвать более тонкие эмоции своими отлично нарисованными изображениями любовных сцен на фоне природы и прекрасного быта. На этот быт часто устремлён глаз Фортини, — глаз человека, умеющего любоваться людьми и вещами, глаз художника. Такие страницы его новелл драгоценны для каждого, кто обращает свой взор к исчезнувшему великолепию обстановки, в которой протекала жизнь чинквеченто
{Новеллы итальянского возрождения. Избранные и переведённые П. Муратовым. Часть третья: Новеллисты чинквеченто. Книгоиздательство К. Ф. Некрасова. Москва. MCMXIII}